В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
Поэтому понятно возбуждение Вершинина. Есть надежда, что через труп Артюхова будут добыты улики против Шалмана.
— Короче, надо ехать, — сказал Лева. — Собирайся!
— Шалмана бы надо с собой захватить.
— Не один ты такой умный. Шалман уже в пути…
Кладбище подмосковного города, до Кольцевой автострады не более двадцати километров. У кладбищенских ворот милицейские машины: два «лунохода» и «автозак». Значит, Шалман уже здесь."
"И возле могилы кипела работа. Три «копача» азартно работали лопатами, уже ушли в землю метра на полтора.
Быстро он все прокрутил. Узнал о могиле и вмиг работу организовал. Санкции добыл, подследственного на место доставил. Только жаль, операм в последнюю очередь о найденном захоронении сообщил.
Впрочем, Светлов не был на него в обиде. Узнай он о могиле раньше, вместе с Кусыгиным пришлось бы крутиться. А так он, как король, на место прибыл, к самому интересному моменту.
Шалман стоял под охраной двух автоматчиков.
Кусыгин пожал Светлову руку, дружески ему улыбнулся. Но при этом не изрек ничего. Словно боялся что-то пропустить. Словно ждал голоса из могилы. Как будто мертвый Артюх мог в чем-то признаться.
И Шалман молчал. Хмуро, со злой иронией. Казалось, он насмехается над всеми.
Послышался гулкий удар.
— Есть! — крикнул «копач».
Точно, появился гроб. Дорогой, черный, лакированный.
Гроб вскрыли.
За годы службы Светлов привык к таким находкам. И его совершенно не смутил вид явно «несвежего» трупа.
Но смутило его другое. В гробу лежал не мужчина. В нем покоилась какая-то девушка. В белом, подвенечном платье. Так хоронят незамужних дам…
Когда к гробу подвели Шалмана, тот изобразил на лице страдание.
— Жанна! — узнал он покойную. И тяжко вздохнул. Только в глазах его сквозило равнодушие.
— Кто она такая? — тут же спросил его Кусыгин.
— Невеста моего друга…
— Артюхова?
— Да…
— Когда ты ее похоронил?
— Я? — тут же возмутился Шалман. — Я ее похоронил?.. Да нет, гражданин начальник, ты что-то путаешь. Я только сейчас узнал, что она мертва.
— Кто ее хоронил?
— А я откуда знаю? — пожал плечами Шалман. И, как показалось Светлову, с издевкой глянул на следователя.
