В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
Время близится к вечеру. Пока все хорошо. Пока…
На аэродроме Антон на время забыл о своих тревогах. Зато добавилась еще одна. В лице Марты. Она ждала его возле вертолетов.
Антон был удивлен. И нельзя сказать, что приятно.
— Марта, почему вы здесь? — спросил он. В присутствии Светлова и Вершинина он не решился называть ее на «ты».
— Я лечу с вами, — спокойно сказала она.
Антон и сам это понял. Не зря же на ней джинсы и серая кофточка из прочного материала. Туфли на низком каблуке. Стройная, худенькая, даже хрупкая.
— Это нежелательно…
— Знаю, — отрезала Марта. — Но все же я лечу с вами…
Криницын только руками развел.
* * *— Они пропали!.. — запаниковал Шура.
— Не первый раз, — пытался сохранить спокойствие Гриша.
Уже почти восемь. С пяти часов они едут по проселочным дорогам, через лес. Продолжают преследовать машины. Много раз те исчезали из вида. Потому что Гриша нарочно не приближался к ним. Но потом он все равно нагонял их.
Ему очень хотелось верить, что «охотники» за бомжами не заметили слежку. Хотя, если честно, надеяться на это было бы глупо.
— Да нет, на этот раз они совсем пропали…
Места глухие. Лес, болотистая местность. Очень может быть, что они уже на конечном отрезке маршрута.
— Ничего, догоним. — Гриша увеличил скорость. Машину сильно трясло. Но на это они не обращали внимания.
— Догоним, — кивнул Шура. — А может, и нет…
Он знал, в каком месте по карте они находятся. Связался с Криницыным.
— Мы их потеряли, — добавил он напоследок.
Хотел сказать еще что-то. Но не сказал. Потому что уже ничего и никому в этой жизни сказать не мог.
Гриша понял это, когда в боковом стекле образовалась дырка. Стреляли из лесу, с правой стороны. Шура не мог прикрыть его собой. Потому как ткнулся пробитой головой в лобовое стекло. Сотовый телефон шлепнулся на резиновый коврик.
Выстрелов слышно не было.
Гриша ударил по газам. Он надеялся, что ему повезет. Надеялся, что в автоматах «охотников» нет патрона с пулей, отлитой для него. Но он ошибся. Пуля попала ему в шею.
Но он был еще жив. И даже успел остановить машину. Сам не зная, зачем он это делает.
Он повалился на бок, правым плечом уткнулся в труп Шуры.
