Автор
В жутковато-эротическом ужасе "Брат жениха" Иман Кальби раскрывает тему измены и непредсказуемой страсти, заставляя читательницу впадать в состояние полного оцепенения. Стремительный ритм действия и мощные ощущения устраивают тревогу, подталкивая к перелистыванию страниц без остановки. В темной комнате двое тесно связаны судьбой, где любовь преображается в ужасающую жестокость....
Я млею, когда его губы прокладывают дорожку к шее. Дрожь, трепет, шепот, рваное дыхание, подрагивание ресниц.
Не выдерживаю и подаюсь вперед, садясь на его бедра. Не для того, чтобы пуститься на нем вскач. Чтобы быть близко- близко.
Люблю.
Шепчет мое сердце. Не губы.
Губы сейчас отданы ему. В его власть.
Большие ладони опускаются на мои бедра и сильно сжимают ягодицы.
Алекс хрипло и часто дышит.
Мы оба готовы, так давно готовы…
-Тише, - вливается в гармонию танцующих пузырьков вокруг."
"Поднимает меня из ванной, аккуратно ставит на коврик и тут же накрывает сверху мягким махровым халатом.
-В воде красиво только в фильмах,- усмехается,- давай оботрем тебя, чтобы не заболела. Там кондеи работают.
Снова берет на руки. Заносит в комнату и кладет на кровать. Нависает сверху, но не наваливается.
Убирает зажим с волос и растрепывает их, а потом долго- долго всматривается в глаза.
Люблю.
Я люблю его. И мне от этого совсем не страшно, кажется.
Я чувствую, как он разводит ноги и входит, за мгновение до проникновения застывает на мне взором, словно бы фиксируя в памяти этот момент.
Я подаюсь ему навстречу, кусая губы от приятных ощущений. Руки скользят по его спине. Слышу, как сильно бьется сердце и от того мое начинает скакать еще быстрее.
Между нами наш первый раз.
Вот он- наш настоящий первый раз…
И мне больше не нужно, чтобы он стискивал меня до хруста в ребрах, боясь, что иначе я упаду.
Чувствую, как в животе начинает зарождаться тепло. Это чувство другое. Не острое, спазмирующее, агогинизирующее. Оно мягкое и обволакивающее.
Как солнце.
Люблю,- снова шепчу сердцем и глазами, так и не разлепив губ,- люблю…
А потом чувствую, как мощная волна тепла расходится потоками по всему телу и перестает существовать весь мир, кроме него самого…
-Саша…- произносят, наконец, мои губы,- Сашенька мой… Люблю… Я так сильно тебя люблю… Как хорошо, что я успела тебе это сказать…
Вижу его расширяющиеся зрачки, вижу, как лицо искажает гримаса удовольствия и удовлетворения.
Вижу его мужской восторг, а потом перед глазами все чернеет…
Глава 55
-Вчера ты назвала меня Саша,- говорит, нежно гладя по спине,- меня так только мама называла.
-Саша,- повторила я протяжно, поиграв именем на языке. Не то, чтобы у меня была проблема с тем, чтобы называть его как все-Алексом.
