В тени бетонных стен особняка Дымыч расхаживал с ритмичными движениями, ожидая начала своей утренней тренировки. Воздух был зловеще свежим, как будто специально создан для усиления каждого присутствия. Утро не было долгим для Дмитрия Дмитриевича – он отлично понимал это. Каждое движение приближало его к заветной цели: спокойной жизни в братстве спецназа, где каждая секунда важна....
Но уж очень сильно убийца разбушевался. Вы не думаете, что это связано с каким-то ожидаемым вскоре событием?
Оленин пожал плечами и стал наливать кофе.
– Пока у меня нет оснований так думать. Нужны факты. Нужно знать какое-то ожидаемое событие. Тогда можно связать это воедино. Кроме того, есть и некоторая разница в самих убийствах. И хотя мы объединяем их, но полной уверенности, что действовал один и тот же преступник, пока все же нет.
– Но автограф очень характерен…
– Пусть так. Но в первом случае явно просматривается заказное убийство.
– Удачным? – переспросил майор с улыбкой.
– Я не то хотел сказать, – рассмеялся Оленин. – Успешным, удавшимся. Хотя, судя по материалам, – а я вел расследование и по трем первым случаям, – Толстяк давно провоцировал каждого, с кем имел дело, на месть. С ним обошлись только справедливо.
– Пусть так. А другие убийства?
Николай Сергеевич только развел руками. Здесь и так все совершенно ясно.
– Второй случай убийств классифицируется как вооруженное ограбление.
– А третий?
– В отношении третьего случая у нас есть версия. Возможно, два трупа преступник оставил на своем пути при подготовке к действию. Ему, мы думаем, была нужна очень неказистая машина, чтобы произвести соответствующее впечатление. И он такую забрал. И не оставил свидетелей.
Асафьев пил кофе маленькими глоточками и в перерывах между этими глоточками вставлял вопросы.
– А связать ограбление с заказным убийством?.
– Мы пытаемся это сделать. Потому и объединили все три дела. Но пока это только предположение.
Майор поставил чашку на стол.
– Так вот, попытаюсь вас разочаровать…
– Сильно?
– Не ищите себе лишнюю работу. Эти дела естественным образом объединяются. Только никакого вооруженного ограбления, похоже, не было.
Оленин молча ждал продолжения."
"– Это был точно такой же расстрел, как в здании на проспекте Победы. – Асафьев жестко фиксировал каждое предложение. – Точно так же пострадали телохранитель и еще один свидетель.
– А деньги? Доллары… Десять тысяч…
– Да, там было десять тысяч. И еще плюс двести тысяч! Десять тысяч настоящих денег, и двести тысяч фальшивых долларов, изготовленных в Афганистане и прибывших сюда через Таджикистан.
