В тени бетонных стен особняка Дымыч расхаживал с ритмичными движениями, ожидая начала своей утренней тренировки. Воздух был зловеще свежим, как будто специально создан для усиления каждого присутствия. Утро не было долгим для Дмитрия Дмитриевича – он отлично понимал это. Каждое движение приближало его к заветной цели: спокойной жизни в братстве спецназа, где каждая секунда важна....
Это значит, что он вообще не хочет выполнят заказ?
Сейчас Сохатый поехал к Хавьеру. О заказе знают Хавьер и Саид. Они подтвердят алиби Сохатого. Вернее, Хавьер подтвердит, а потом они станут лишними для Дым Дымыча. Но это уже его личное дело. Главное, чтобы он не поторопился. Пусть даст Саиду возможность довезти груз до Таллина.
С этими думами Виктор Юрьевич доехал до городского парка, поставил машину на стоянку в ста метрах от входа и прогуливающейся походкой, почти не глядя по сторонам, двинулся по центральной аллее в глубину.
Погуляв таким образом около пятнадцати минут, с удовольствием подышав свежим воздухом в тени деревьев, Доктор окончательно разозлился и двинулся к выходу. Но шел он все так же не торопясь.
– С утра пораньше налижутся… – сказала, проходя мимо, пожилая женщина. Ей и в голову не пришло остановиться и посмотреть – может, плохо человеку стало, может, помочь следует.
Доктор свой врачебный долг осознал и присмотрелся. Его профессиональная помощь была уже не нужна.
Кто-то в себе был уверен и справился квалифицированно. Шурику уже не поможешь. А оставаться здесь и вызывать милицию, как-то связывая свое имя с Беломором, – это тоже ни к чему. Найдут и увезут, кому полагается. И потому Доктор покачал головой, как перед этим сделала женщина, и сказал другой женщине, проходящей мимо, те же самые слова.
И пошел к машине.
Доктор уже подъезжал к гостинице, когда его обогнал «БМВ» Сохатого.
