В тени бетонных стен особняка Дымыч расхаживал с ритмичными движениями, ожидая начала своей утренней тренировки. Воздух был зловеще свежим, как будто специально создан для усиления каждого присутствия. Утро не было долгим для Дмитрия Дмитриевича – он отлично понимал это. Каждое движение приближало его к заветной цели: спокойной жизни в братстве спецназа, где каждая секунда важна....
Виктор Юрьевич, лично участвовавший в финале операции, вернулся в Челябинск еще через две недели. И решил передать новость старшему следователю по особо важным делам Оленину. Все-таки до того не сразу доходят международные сообщения.
Николай Сергеевич выслушал Доктора Смерть молча. И после паузы сам мрачным голосом выдал местную новость."
"– Вчера Дым Дымыч застрелился… Правда, без глушителя и из «беретты», и тоже между глаз себе выстрелил. Полголовы разворотил. Соседи звук услышали и милицию вызвали. Он за день до этого с соседом напился и жаловался, что уже месяц не спит.
– Ты уверен, что это самоубийство?
– Нет причин иначе думать. Дверь изнутри закрыта. Разве что убийца с балкона выпрыгнул… В квартире ничего не тронуто. Только пропала женщина из слоновой кости. Но он мог сам ее кому-то отдать. Еще раньше. Чтобы не в чужие руки попала.
– Какая женщина? – не понял Доктор.
– Единственная женщина, которую он любил.
Виктор Юрьевич положил трубку, не попрощавшись, и налил себе полный, до краев стакан коньяка.
А еще через девять дней, уже в самом конце рабочего дня, когда Виктор Юрьевич перед уходом домой открыл бар и достал стакан и бутылку, чтобы помянуть Сохатого, мягко заверещал во внутреннем кармане пиджака сотовый телефон.
– Привет, Доктор…
– Привет. Кто это? – сотовый сильно искажает голос, и потому Виктор Юрьевич не узнал говорившего.
– Дым Дымыч тебя беспокоит…
– С того света? – спросил Доктор спокойно, хотя по коже пробежали мурашки. – И тем не менее я рад тебя услышать.
– Поднимись в шестьсот тринадцатый номер.
Доктор сунул за пояс пистолет и не поленился подняться этажом выше. На стук дверь раскрылась, и Сохатый, широко улыбаясь, протянул для пожатия руку.
Он очень изменился за последнее время. Мутные глаза, осунувшееся лицо, землистого цвета кожа. Вид потрепанный и измученный.
Виктор Юрьевич достал из кармана бутылку, которую, конечно же, не забыл прихватить из своего бара.
– Стаканы есть?
Сохатый взял с подоконника два стакана.
– Я вынужден к тебе обратиться, – сказал Дым Дымыч. – Я не знаю, что со мной, но после твоего сеанса я почти не сплю…
– Я знаю. Это лекарство, которое прописал тебе Доктор Смерть.
– Серьезно?
– Да.
– А дальше что?
– А дальше, я думаю, надо еще один сеанс проводить. Только ты расскажи мне сначала, кого вместо тебя похоронили?
– Это один из парней Хавьера. Он слегка на меня похож. Его прислали со мной разобраться.
