Автор
Утро застилало туманным серым небом, и холодный ветер стучал по окнам. В детской комнатке шуршали крошки сна, когда Филип только-только приоткрывал глаза. Светлая служанка вошла и, словно мимоходом, прошла мимо соседнего дома - тоже измученно выкрашенного в серые тона. Подняв одеяло, она бережно перенесла ребенка на руки и спускалась по лестнице, словно плывущая в сон....
Раза два он резко отчитал Филипа за то, что взгляды молодого человека не совпадают с его собственными; ему казалось, что Филип начинает задирать нос.
– Вы, милейший, не забывайтесь, а то не успеете оглянуться, как вас вышвырнут отсюда вон!
У Филипа так и чесались руки съездить его по роже, но он сдержался. В конце концов долго так продолжаться не может, и скоро он распростится со всем этим сбродом. Порой он даже твердил в шутливом отчаянии, что дядя его, наверно, железный и никогда не умрет. Вот это здоровье! Болезнь, которой он страдал, убила бы еще год назад любого порядочного человека.
– Боюсь, что мы теперь не скоро вас увидим, – сказала она.
– Я рад, что расстаюсь с «Линном», – ответил он.
Странно, но и ему было грустно прощаться с этими людьми, которых, как ему казалось, он не выносил, а покидая дом на Харрингтон-стрит, он не почувствовал ни малейшей радости.
– У меня подлый характер, – говорил он себе. – Я так жадно мечтаю о будущем, а, когда оно настает, испытываю одно разочарование.
В Блэкстебл он приехал вскоре после полудня. Миссис Фостер встретила его у двери, и по ее лицу он понял, что дядя еще не умер.
– Сегодня ему чуточку лучше, – сказала она. – У него такой крепкий организм.
Она провела его в спальню; мистер Кэри лежал на спине. Он взглянул на Филипа со слабой улыбкой; вид у него был хитрый – ведь он еще раз обманул врага.
– Вчера я думал, что мне конец, – сказал он едва слышно. – Да и они все махнули на меня рукой, правда, миссис Фостер?
– У вас очень крепкий организм, ничего не скажешь.
– Рано еще хоронить старика.
