В жестокой футбольной битве на поле действия становятся неважны обычные правила: вопли и стоны разносятся по скромному дворянскому сельсовету. Спартак, словно царь в своем кремлевском троне, подставляет левую руку для защиты головы, которая уже не может ожидать мяча для лапты, а готова рассыпаться как городошная фигура....
У меня машина тут рядом…
Она задумалась, приложив на мгновение ко лбу точеный, с длинным ногтем пальчик. Вопрос у нее в глазах – говорить или нет?.. Но вот губы ее изогнулись в хвастливой улыбке. Решение принято.
– Между прочим, у меня тоже «БМВ»!
– Круто, не вопрос… Но если ты уедешь на своей машине, то я останусь здесь.
– И что?
– Тогда я уеду с Катей.
– Скатертью дорожка!
– Я ей собирался Кремль показать.
– Нашел чем удивить.
– Так из окон своей квартиры.
– Кремль? Из окон своей квартиры?! – вытянулась в лице Жанна.
Хазар хотел ошеломить ее, и это у него получилось.
– Не веришь? Хочешь, докажу?
– Э-э…
– Тогда давай, садись быстрей, пока Катька не вышла… Ну, давай быстрей!
Жанна пыталась бороться с искушением, но не смогла справиться с ним. Противостоять ему не хватило ни сил, ни желания. Только она захлопнула за собой дверь, как Хазар снял машину с тормоза. Нет никакой Катьки, но спешить надо.
– Не поверишь, в своем родном городе чувствую себя партизаном, – сказал он.
– Почему?
Жанна мяла пальцами ручку своей сумочки.
– Да потому, что Спартак твой на каждом углу… Или не твой?
– Мой.
– Ну да, у тебя же тоже «БМВ»… И квартиру здесь купили, да?
– Если бы…
– Снимаете?
– Снимаем.
– Что, денег не хватает?
– Не знаю… – раздраженно бросила она. – Он и сам здесь себя партизаном чувствует. Вот и бегает от землянки к землянке…
– Чего?
– То с одними воюет, то с другими. Он в больнице сейчас. Ранили его.
– Кто?
– С чеченцами у него проблемы были. И у меня тоже… Я к нему в больницу ездить боюсь. А вдруг меня выследят?.. В другой институт перевелась. Чеченцев боюсь… Там из-за меня конфликт вышел… А-а, говорить не хочу!
– И не надо. И так вижу, что хлопот полон рот.
– Да уж… Сама как партизан. Страшно мне.
– Потому и меня испугалась?
– Откуда я знаю? Может, ты на чеченцев работаешь!
– Я на самого себя работаю. Исключительно на самого себя. Второй салон в Москве открыл. Именно в Москве, не в каком-то там Репчино… Хотя, конечно, Репчино – самый мой любимый город.
– Носорог тебя отсюда вытолкал, – показала свою осведомленность Жанна.
– Да какая разница, кто?.. И хорошо, что вытолкали. Зато сейчас как человек живу. Свой бизнес, деньги рекой, никто не наезжает. И с чеченцами никаких проблем…
– Везет.
– Везет водка. Везет, везет, пока не развезет. А я сам себя везу. Потому и выезжаю.
