В жестокой футбольной битве на поле действия становятся неважны обычные правила: вопли и стоны разносятся по скромному дворянскому сельсовету. Спартак, словно царь в своем кремлевском троне, подставляет левую руку для защиты головы, которая уже не может ожидать мяча для лапты, а готова рассыпаться как городошная фигура....
Впрочем, на искреннее уважение к себе он и не рассчитывал.
– А что такое? Упал нехорошо, да? Осторожней надо быть…
– Ты баран или придуриваешься? – жестко спросил Спартак. – С тобой Хазар говорил. Ты знаешь, что случилось со мной.
– Хазар? Какой Хазар?..
– Ну, ты чего, Артур, Хазар за рынком смотрит, – Карен легонько ущипнул брата за руку.
– Ну, сегодня Хазар за рынком смотрит, завтра какой-нибудь Татарин, да?.. Мне все равно, кто здесь и за чем смотрит. Сегодня один, завтра другой, а я здесь всегда буду, – напыщенно и со злостью произнес Артур.
Всем своим видом он давал понять, что Спартак совершил большую ошибку, обозвав его бараном.
– Не факт.
– Что не факт? – вспенился Артур.
Он окончательно разозлился, но Спартак смотрел на него с непробиваемой насмешкой.
– Я в прошлом году много работал. Денег много заработал. И все свои деньги в эту стройку вложил.
– И что?
– Я от тебя деньги ждал. Но их не было.
– Как это не было? А кто стройку начал? Кто людей нанимал? А кто материалы покупал?.
Спартак готовился предъявить Артуру счет, знал, что разговор будет суровый, но тогда еще не было в его намерениях стопроцентной уверенности в своих силах. Поэтому он переживал, думая о предстоящем разговоре. И вот он состоялся. Артур, как и предполагалось, пошел на обострение, пытается кинуть Спартака. Он деловой, у него влияние и деньги, и плевать ему на каких-то трудяг.
– Будут мне тут всякие указывать! Деньги он вложил! Да мне по уху, понял? Забирай своих ублюдков и проваливай.
Артур бурлил, пока его кипяток не хлестнул через край. Ублюдков Спартак ему простить не мог. Да и не собирался. Напротив, он только и ждал повода.
Он ударил Артура кулаком в голову, справа, наотмашь.
– Эй, ты чего? – вытянулся в лице Карен.
Но его ударил Гобой. Прямым, точно в подбородок. Второй армянин тоже упал.
– Ты хоть понимаешь, что с тобой будет?! – поднимаясь, с истерическим надрывом спросил Артур."
"– Я тебя убью, если со мной что-то будет, – спокойно, но со свирепостью во взгляде сказал Спартак. – Я тебя просто убью.
