Василина чувствовала себя переполненной энергией после очередной страстной тренировки. День был запланирован до мелочей: сонное утро, успешный собеседование и теперь она зажигательно танцевала в кружке для талантливых девушек — все это складывалось в идеальный образец продуктивной и удовлетворяющей жизни....
И перебирая всё это в голове сейчас, когда маленькая фигурка скрылась за поворотом на другой улице, я вдруг отчётливо понял, что за чувства меня переполняли всё то время: желание, зависть и ревность. Ревность!
Уж что-что, а последнее было огромнейшей новостью для меня. Ведь эта загадочная женщина не была той самой, которую мечтаешь встретить раз и на всю жизнь. Я бы почувствовал будь это так. Хватило бы взгляда на неё или глаза в глаза, вздоха рядом с ней, прикосновения… Но даже без последнего я могу чётко сказать – она не моя пара.
Тогда… почему так хочется её? Потому что она не хочет меня?
Вопрос логичный. Я не раз сталкивался с тем, что сводит с ума именно то, чего никогда не добьёшься. Такой себе запретный плод. Но именно он чаще всего и приводит к тем делам, которые мне приходиться разбирать по долгу службы. И вот ирония – сам чувствую, что попался на подобный крючок."
"Но я не так слаб, чтобы поддаваться даже своим хотелкам. Поэтому поспешил вернуться к другим делам, отложенным из-за переполоха, вызванного нерадивой семейкой.
И я работал, работал и работал. Бумаги только и успевали вылетать из-под моего пера, приказ за приказом, решение за решением. Сроду так не погружался в своё дело. Казалось, что месячную норму выполнил.
Очнулся же от того, что мой помощник просто выронил бумаги от усталости, присев на диванчик для посетителей и уснув. Пришлось разбудить и выгнать домой, сказав, чтоб приходил завтра только выспавшись. Да и сам пошёл домой, удивляясь, что вот-вот начнёт светать.
Вот только спать не получалось.
Конечно, это помогло. Но временно.
Сон был страстный. Яркие вскрики наслаждения, жар податливой глубины и нежность вспотевшей от страсти кожи. Я вбивался в сладкое местечко женщины и получал неимоверное наслаждение от обладания ею. Мои флюиды бушевали за пределами тела, усиливая её экстаз от нашей близости.
И вот сейчас был самый момент, когда внутренние мышцы красавицы задрожат от оргазма, флюиды вырвались с новой силой – уж после них, усиливающих великое наслаждение, она больше меня не забудет. Сейчас… Вот сейчас!
- Эрсинарс! – донеслось до меня имя, которое я когда-то отринул за ненадобностью.
