Ну боги, пожалуйста, пусть он быстренько сбегает в туалет и уйдет! Ведь это же возможно?
Я замерла, стараясь не дышать и уговаривая сердце не колотиться в грудной клетке. Мне казалось, оно рвется из груди и даже шкаф подпрыгивает в его ритме. Я из-за этого бешеного ритма и стучащей в ушах крови даже не могла разобрать, где раздаются шаги. Просто сидела и молилась духам Холмов, заставляя себя смотреть в темноту перед собой и не зажмуривать по-детски глаза.
Было так тихо, что, казалось, стук сердца и дыхание способны меня выдать. Шаги – тихие, но уверенные – разносились по комнате. И они приближались. Когда чья-то рука коснулась ручки шкафа, я скорее почувствовала движение, чем услышала, и сжалась сильнее, мечтая провалиться сквозь пол.
Эти секунды были самыми долгими в моей жизни. Хотелось уже самой выскочить, потому что я понимала: Сильх ничего серьезного мне не сделает. А ожидание неприятного момента иногда страшнее самого момента.
Я уже почти решилась выскочить и сказать «Бу!». Хоть на ошарашенную физиономию Сильха полюбуюсь. Но парень успел первым. Резко дернул дверь шкафа, и глаза ослепил яркий свет, на секунду заставив меня растеряться, иначе я бы рванула прочь, теряя туфли.
– Кто бы сомневался… – прошипел парень и отступил, приказывая: – Вылезай!
Я даже спорить не стала: выскочила и тенью метнулась к выходу. Но не тут-то было. Сильх поймал меня за капюшон на тунике. Несколько пуговичек на груди с хлопком вырвались из петель, а я порадовалась, что под кофтой на мне еще есть одежда.
– Что делаешь, варвар?! – завопила я, барахтаясь, словно котенок, которого схватили за шкирку. А Сильх развернул меня к себе лицом и толкнул к стене.
– Что ты здесь забыла? – прошипел он.
– В гости пришла… – соврала я и прикусила губу. Признание звучало еще глупее, чем истинная причина моего визита. И Сильха оно разозлило. Впрочем, правда бы его разозлила, думаю, не меньше.
Кофта сползла с одного плеча, дыхание сбивалось, а я стояла и не могла пошевелиться. Было страшно. Я давно не видела Сильха таким. Его голубые, как небо в Холмах, глаза сейчас потемнели и напоминали грозовые тучи. На лице застыло жесткое выражение, которое я так хорошо изучила. Сейчас принц до боли походил на своего отца. Я буквально оцепенела.
Сильх не спешил ко мне приближаться. Он замер на расстоянии вытянутой руки и начал медленно, пуговица за пуговицей, расстегивать рубашку.
