Автор
В "Брошенке" Ирина Манаева переносит читателя в мир глубоких философских размышлений о личности и взаимоотношениях. Главная героиня погружается в собственную драму, открывая глаза на привычные сценарии жизни – те, что мы часто игнорируем, потому что они кажутся слишком очевидными. Атмосфера книги непредсказуема и эмоционально напряженная, словно струящаяся водопад драматизма и глубины переживаний главной героини....
Но страхи, кажется, поселились в моём сердце на всю жизнь. Страх, что я снова впущу Славу в свою жизнь и опять обожгусь, после чего больше не оправлюсь. Страх, что однажды снова появится какая-нибудь обиженная девица и начнёт мстить за грехи Варламова мне и моим детям.
На суде Юлька раскаялась и призналась в том, что Слава не отказывался от ребёнка. Он предлагал ей помогать, но Юлька хотела большего. Ей нужен был Варламов в качестве мужа и на меньшее она не соглашалась. Она сама сделала аборт, хотя Славка был против, сама решила свою судьбу.
Несмотря на чистосердечное признание, моя так называемая подруга получила своё наказание в виде небольшого срока заключения. Возможно, конечно, её пожалела бы та прежняя всепрощающая Нина, но не я.
"Больше всех в этой ситуации я сочувствовала Жанне. Вот чья жизнь была разрушена до основания, причём не по её вине. Если бы мы познакомились при других обстоятельствах, то возможно, я бы даже попыталась ей помочь… Хотя в тот день я спасла не только себя, но и её. Уже в полицейском участке снова «вернулась» Лиана и от одной мысли, какому риску я себя подвергала, меня колотило будто в лихорадке ещё три дня.
Варламов принял моё решение расстаться и съехал к матери, но при этом развод так и не дал. Честно говоря, где-то глубоко в душе я была этому рада. Кто знает, как дался бы мне бракоразводный процесс и как отразился бы на детях.
Но как бы там ни было… Будь мы хоть просто порознь, хоть в разводе, чужими уже никогда не станем. Нас связывали Яна с Кириллом и ещё неродившийся малыш.
— Ты упёртый баран, Варламов. Почему ты слышишь только себя? Почему не хочешь хотя бы попробовать отпустить прошлое и…
— Что отпустить, Нина?! Прошлое?! Моё прошлое — это ты и дети! Вот моё прошлое! И настоящее, и будущее! И я не хочу вас отпускать! А мои ноги… Это моё наказание. Ты же слышала врачей. Вот и всё. Извини, мне нужно работать, — снова зарылся в свои бумажки, делая вид, что ему до меня нет никакого дела.
