Автор
В "Брошенке" Ирина Манаева переносит читателя в мир глубоких философских размышлений о личности и взаимоотношениях. Главная героиня погружается в собственную драму, открывая глаза на привычные сценарии жизни – те, что мы часто игнорируем, потому что они кажутся слишком очевидными. Атмосфера книги непредсказуема и эмоционально напряженная, словно струящаяся водопад драматизма и глубины переживаний главной героини....
Как я могла позволить чужому мужчине дотронуться до меня?! Оттолкнула его и, замахнувшись, залепила пощёчину, отчего Артур отступил назад."
"— Не смей! — не нашлась, что сказать ещё (ведь виновата сама!), я бросилась к подъезду, благо, он был открыт.
Затаившись, дождалась, когда машина Артура уедет и отправилась домой, где меня уже ждал злой супруг. А как его увидела, поплыла. Осознав, что нахожусь дома, позволила себе, наконец, расслабиться, а алкоголь снова ударил в голову.
И вот теперь я чувствовала себя виноватой, даже не знала, как объясниться со Славой.
*****Вячеслав
Обед не удался. Не лез кусок в горло. Варламов то и дело вспоминал ту запись с камер видеонаблюдения у клуба, что прислал по электронке друг. Скрипел зубами, представляя, как Нинку, его тихую, спокойную и, как он думал долгие годы, верную жену, ебёт тот мужик, что приобняв её за талию, вёл пьяную к машине.
Было мерзко. Сам не понимал, как сдержался утром и не ударил её. А ведь никогда раньше не возникало такого неуёмного желания заехать жене по лживым губам.
— Прости…те. Можно? — неожиданно перед его взором возникла Лиана и мужчина встрепенулся.
Её только не хватало сейчас, с этими сиськами идеальными, да тем, что между ног её длиннющих. Красивая, сука, да только не про него. Он вырос уже с того возраста, когда мужик только-только начинает ощущать вкус власти, а чтобы вкус был ещё ярче — трахает подчинённую.
А эта девка делает всё, чтобы он её поимел. Чего только стоит её поза рачком в его кабинете, да ещё и без трусов. Видимо, ошибся, когда подумал, что она скромняжка. Чем-чем, а скромностью тут и не пахнет. Впрочем, ему плевать.
Огляделся вокруг. Кафе битком забито и свободных мест нет. Замечательно.
— Ну присядь, — буркнул недовольно, взяв в руку вилку, и раздражённо воткнул её в мясо.
— Тоже любите с кровью? Мой папа очень любил… — улыбнулась ему нежно, открывая меню. — Жаль, это единственное, что помню о нём.
— Да что ты? Сочувствую. Рано, наверное… ушёл? — не то, чтобы ему было очень интересно, но раз уж она завела беседу, почему бы и не отвлечься?
— Оба ушли рано. И он, и мама. Они уехали отдыхать на море и там погибли во время шторма… Вот так вот поплавали на лодке… А я с бабушкой росла сначала, а потом в детдоме.
