Здесь кроется опасность и удача. Командир вахты привычно обращается к своим подчиненным на борту маленького корабля "охотника". В этот мир, полный приключений, заходит молодой лейтенант Парамонов, готовый раскрыть свою судьбу.
– Я привел парня в чувство. Он еще плох, но с ним можно разговаривать. Большей частью он еще бредит, но вопросы слышит и относительно адекватно реагирует. Пока действуют лекарства, с ним можно поговорить, сэр. И еще. Он русский.
– Русский? – снимая с шеи ремешок бинокля, Хоули замер. – Откуда здесь русские? Вы уверены, Дак? Хотя вы же потомок русских эмигрантов, немного знаете язык.
Молодой мужчина лежал под простыней. Осунувшийся, давно не брившийся, с темными кругами под глазами и острыми скулами, он выглядел неважно.
– Скажите еще раз, кто вы такой, как оказались в воде?
– Парамонов я, лейтенант Парамонов. Военный моряк. Японцы меня потопили, я не знаю, что стало с моим судном. Подлодка японская. Меня достали из воды и военврача Васильеву тоже. – Голос был хриплым, человек говорил отрывистыми фразами, каждый раз, судорожно сглатывая от волнения, он торопливо рассказывал, видимо, надеясь на помощь, на какие-то действия окружавших его людей.
– Не волнуйтесь, лейтенант, – похлопал спасенного по руке Дак. – Вы среди друзей, расскажите дальше для моего командира. Мы сообщим о вашем спасении русскому командованию.
– Да, да! – оживился Парамонов. – Нужно сообщить, непременно сообщить. Это остров, там держат пленников. Тропический остров, японцы. Они какие-то опыты ставят на людях. Нам чудом удалось бежать на катере. Я не знаю, что стало с другими. Наверное, меня ранило и я потерял сознание.
– Он не ранен, – врач повернулся к командиру.
– Надо спасти этих людей, – стискивая руку врача, продолжал горячее говорить русский. – Нас в яме было шестеро. Но думаю, что есть и другие, там, в горе, в пещере. Там и американцы, и австралийцы. Один был латиноамериканец. Надо спасать, там Васильева осталась у них.
