Автор
Российская империя в 1836 году. Константин Русинов, старый князь из Малороссию, с неудобством глядит на клубящуюся пыль у окна, выходящего на дорогу, которая ведет к Днепру и далеким равнинам. Вдали за белыми домами виднеется первые признаки транзита войск, нависшие над этой маленькой воинской усадьбой....
По правде говоря, после сегодняшней поездки она с трудом представляла, как проживет с виконтом всю оставшуюся жизнь. И, конечно, Александра содрогалась при одной мысли о его любовных объятиях, но был ли у нее выбор?
Она танцевала, когда послышался внезапный шум, в конце концов перешедший в ровный гул голосов, будто все присутствующие в зале разом заговорили. Ее партнер закрутил головой, пытаясь понять, что происходит, но он был ниже Александры и не смог ничего увидеть. Самой же девушке было все равно, хотя она не могла не слышать обрывков фраз, долетающих из толпы:
— Это королева?
— Да нет, вон там…
— Никогда не видела никого, кто…
— .
— ..такой красивый.
— ..такой красивый.
Внезапно ее партнер замер как вкопанный, несмотря на то, что музыка еще играла. Он сгорал от любопытства и даже забыл извиниться. Впрочем, все вокруг перестали танцевать, а гул голосов становился все громче и громче. Александра вздохнула и, извинившись, покинула пространство, отведенное для танцев.
Тот, кто произвел такой фурор среди этих людей, не вызывал у нее ни малейшего интереса. Такой красивый? Пусть отправляются в Россию, точнее, в Кардинию, и увидят того, кто действительно красив.
Внезапно толпа расступилась, давая дорогу мужчине, неторопливо идущему через зал, и Александра замерла не веря своим глазам, не в состоянии сделать ни шага."
"Василий в Лондоне? Это невозможно. Тем не менее, вот он и идет прямо к ней, а его глаза цвета меда сияют так ярко, что невозможно оторваться.
Глава 33
— Обсудим наши дела прямо здесь, ко всеобщему удовольствию, или ты пойдешь со мной? — спросил Василий с деланным равнодушием.
Это было не совсем то, что Александра ожидала услышать, и будь она так же разгневана, как Василий, то не стала бы откладывать объяснение в долгий ящик только ради того, чтобы избежать публичной сцены. Впрочем, граф, конечно, к этому не привык, и, пожалуй, следует ответить ему прежде, чем он примет решение за нее.
— Я как раз собиралась уезжать, — сказала Александра как можно равнодушнее.
