Автор
Своенравная русская аристократка против воли отца обручена с загадочным иностранцем, слывущим циничным эгоистом и беззастенчивым ловеласом. Между ними вспыхивает страстное противостояние, где гордость и предубеждение уступают место неожиданному влечению. Сможет ли любовь победить недоверие...
Раздел Chitat.online для книги «Будь моей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Своенравная русская аристократка против воли отца обручена с загадочным иностранцем, слывущим циничным эгоистом и беззастенчивым ловеласом. Между ними вспыхивает страстное противостояние, где гордость и предубеждение уступают место неожиданному влечению. Сможет ли любовь победить недоверие...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Своенравная русская аристократка против воли отца обручена с загадочным иностранцем, слывущим циничным эгоистом и беззастенчивым ловеласом. Между ними вспыхивает страстное противостояние, где гордость и предубеждение уступают место неожиданному влечению. Сможет ли любовь победить недоверие...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Впрочем, у Константина было достаточно времени, чтобы придумать правдоподобное объяснение своего так называемого «молчания» в течение всех этих лет.
— Не могу отрицать, что мне хотелось видеть тебя женой сына своего лучшего друга, так же, как и Сергей хотел этого. Ты знаешь, он был самым близким моим другом. Но ты была тогда такой молодой, такой послушной. Как я мог предположить, что ты превратишься в своевольную, напористую и упрямую спорщицу…
— У меня есть вопрос, папа, — почти прорычала Алин.
И он, фыркнув, пояснил:
— После твоего первого выезда в свет я понял, что ты слишком упряма, чтобы принять избранного для тебя мужа. Поэтому, думая больше о твоем счастье, чем о своей чести, я решил дать тебе время выбрать кого-нибудь самостоятельно и надеялся, что граф Петровский окажется не таким уж щепетильным и женится на ком-нибудь другом, и таким образом помолвка будет расторгнута.
— А если бы я вышла замуж? Барон был хорошо подготовлен, чтобы ответить на, этот вопрос.
— Прежде всего тебе следует знать, что молодой Василий никогда не писал мне, поэтому я решил, что Сергей не успел или не счел нужным сообщить своей семье о помолвке. Конечно, надежда была очень слабая, но все же я готов был на это рассчитывать, особенно, когда ты проявила такой интерес н этому англичанину.
— На что рассчитывать? Ты же презирал Кристофера!
— Но если бы он сделал тебя счастливой…
— Ладно, неважно, — нетерпеливо вставила она. — Если семья твоего друга так и не знала…
— Я этого не говорил, — перебил он, — просто была такая вероятность. Однако в любом случае, если бы ты приняла чье-нибудь предложение, мне пришлось бы написать графу Петровскому и сообщить ему об этом, и я был вполне готов просить его отказаться от своих прав.
Когда Константин мысленно репетировал свою речь, он решил, что слово «просить» выбрано блестяще, потому что должно показать дочери, что он целиком на ее стороне, пока она окончательно не вышла из себя. Но выражение лица Алин ясно говорило о том, что на объяснения отца ей в высшей степени наплевать.
— Итак, когда же ты получил письмо? — спросила Алин.
Этого вопроса он боялся больше всего и надеялся, что он не придет ей в голову. Теперь ее ярость обрушится на него в полной мере, потому что тут барон уже не мог солгать дочери — не дай Бог, она захочет узнать правду от графа Петровского.
— Я не получал письма.
— Значит, написал ты?
— У меня не было выбора, — сказал он, защищаясь. — Тебе двадцать пять лет, а у тебя все еще нет мужа. Если бы у меня была хоть малейшая надежда…
— Мне не нужен муж!
— Муж, нужен каждой женщине!
— С чего ты взял?
— Так говорит Господь в своей мудрости.
