Ночь пропитана алкогольными запахами и неформальным шуткам. Парнишке-чайкину предстоит выбрать: продолжить беседу с теми, кого он считает незнакомцами, или сбежать от шумного московского клуба. В эти минуты будто все на свете зависло в воздухе, ожидая решения одного юноши....
Упираюсь пяткой ему в грудь, чтобы он оставил в покое мои оголенные нервы. Я не выдерживаю и громко всхлипываю, выгибаясь дугой и принимаясь содрогаться всем телом. Я такая влажная, что это уже неприлично.
Градский реагирует мгновенно: резко выпрямляется и не дает мне сомкнуть бедра. Вклинивает между них ладонь, проникая в меня пальцами, и я чувствую, как сжимаю их с новыми стонами.
Широко распахнув глаза, впиваюсь ими в искаженное возбуждением лицо Градского.
Он дергает вниз шорты и боксеры, выпуская наружу твердый напряженный член, вид которого новым спазмом ударяет по животу.
Обхватив его кулаком, Влад хрипло стонет и запрокидывает голову, выставив вперед острый кадык.
На мой живот падают крупные капли его семени.
Прежде чем успеваю прийти в себя, Градский смачивает два пальца в собственной сперме и толкает их в мой приоткрытый рот. Это безумие. Смыкаю губы и прикрываю глаза, вместе со слюной всасывая в себя терпкую сладко-соленую жидкость.
— Пиздец, ты вкусная, Моцарт… — резюмирует он, тяжело дыша.
— Ты… — выдыхаю, — тоже.
Вводя в шок еще раз, он обхватывает ладонью мой затылок и склоняется надо мной с явным намерением поцеловать. Упираюсь рукой ему в грудь, барахтаясь в словах:
— Подожди… я же… я…
Пытаюсь напомнить, что у меня во рту только что побывала его сперма. Если он это сделает, попробует сам себя!"
"Не давая договорить, накрывает своим ртом мой и беспрепятственно проталкивает в него язык, награждая меня глубоким поцелуем, таким же влажным, как и вся наша прелюдия.
Глава 25
Вода утекает в слив душевой кабины, образуя воронку между моих стоп. Я просто пялюсь на этот мини-водоворот, опустив вниз лицо, и пытаюсь устоять на нетвердых ногах. Они ватные. Вода кажется слишком горячей, даже несмотря на то, что я установила «летнюю» температуру.
Я слышу, как за стеклянной «шторой» кабинки открывается дверь в ванную.
По ногам пробегает легкий сквозняк. За мутным стеклом движение и шарканье босых ног по плиточному полу.
Это длится полминуты.
Смотрю в любимые серые глаза без единого коричневого вкрапления, когда Влад открывает душевую дверь. На его скулах красные пятна, как и на моих. Волосы всклокочены, а мои лежат на плечах как попало. Мокрые от пара и воды.
Он смотрит в мое лицо, стоя на пороге душа совершенно голый.
