Автор
Внутренний крик девушек становится нестерпимой болью, когда она решительно отказывается от унижений. Ее силуэт наполняется решимостью, омываемый сверкающими оттенками синего неба. Каждое движение и слово передают остроту ее борьбы за свободу в серых улицах города.
Похоже, «Будешь моей (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я, сражаясь с тошнотой, вызванной испугом, моментально сажусь и тяну на себя покрывало, пытаясь скрыть то, что он уже детально рассмотрел.
Я больше никогда не взгляну на него после такого. Никогда!
Юнусов бесцеремонно заводит мне руку за голову и приподнимает волосы.
— Действительно, кожа рассечена. На первый взгляд не слишком сильно. Нужно чем-то остановить кровь.
— Ничего не надо! Я в порядке. Все хорошо, правда, — поспешно отрицаю я, но он, лишь махнув рукой, прямо в одном полотенце мчится в коридор.
Я даже очнуться не успеваю, как он уже примчался обратно, удерживая в руках коробку с красным крестом на крышке.
Следом за ним в номер входит администратор, критическим взглядом оценивая приведенный номеру ущерб.
— Вы же тут кровью все запачкали!?????????????
— Что?! — рычит Юнусов.??????????????????
Никогда в жизни я не видела его настолько разъяренным.
— Испачкали? Да она чуть не разбилась там в вашей душевой. И не ее вина, что отсутствует прорезиненный коврик!
— Ну извините. Не пятизвёздочный отель.
— Запомни эти слова. Повторишь их позже. При проверке.
— Проверке? — сразу же цепляется она. — Какой еще проверке? Зачем? Не нужно ничего! Принесу я вам коврик, Господи. И плед новый. И вот чего так орать.
— И одежду забери, — отдает команду он. — Отнеси в химчистку. Ее одежда там. В ванной.
— Не нужно, я сама… — слабо возражаю я, но меня никто не слушает.
Когда Ольга уходит, Ратмир открывает аптечку и находит там перекись, ватные диски.
Когда шипучая жидкость касается ссадины, я издаю протяжное шипение.
— Больно? — с неподдельной заботой интересуется он.
— Ничего, терпимо.?????????????????????
Глядя на его сосредоточенное лицо, когда он аккуратно обрабатывает мою рану, я не могу не улыбнуться.
— И что тут смешного?????????????????????
— Кажется, мы только и делаем, что без конца лечим друг друга.
— Есть такое, — тоже улыбается он. — С тобой одни приключения.
— Это с тобой одни приключения.
Когда он закрывает баночку винтовой крышкой, замечаю на краешке моей прикрытой покрывалом груди его беглый взгляд.
Смотрел он на меня и прежде. Я ощущала это очень четко. И странное дело, уже как будто бы и не испытываю больше неловкости.
Я прекрасно вижу, что ему нравится то, на что он смотрит. Вернее, сейчас он видит мало, так как я закутана в покрывало, но он прекрасно помнит, что под ним, ведь сам же выносил меня из душа совершенно голую.
