В жизни самогонщика Гоши Матвиенко мир и нир — это две стороны одной медали: создание уникального напитка наравне с исповедью откровенного мужества. Каждая бутылка винца – это новый вызов, который Гоша принимает стойким вздохом и смелым ударом по нир-блендеру. Его мир – поток исключительных опытов и откровенно мужских талантов, а нир лишь украшением этого удивительного сценария жизни....
Если Айюрр победит, у того хорошие шансы, отец не смирится. Наверно, вступит в союз с восточными, с Пиррахом. Начнётся война.
Слишком многое зависит от Гоша. Тот придумал хитроумный план. Но не все планы срабатывают. Достаточно вспомнить бой у границы, где Гош недостаточно прикрыл тыл. Если бы не фланговый бросок его, Фируха, анты Монкурха очень жестоко бы отомстили за поход к их столице.
Гош страшен тем, что абсолютно непредсказуем. Выглядит странно. Не носит меч, вместо него кожаный короб с оружием, которое называет «карманная баллиста».
Первый раз был обут в смешные тапки с белыми завязками. Назвал их «кроссовки». Позже начал носить сапоги, как все, но внутри остался чуждым. Не потому, что прибыл издалека. Он вообще… другой.
Взять бы убийство Каруха. Как он мог быть уверен, что покровительство Моуи утратило силу? Даже сами служители Моуи не могут знать наверняка. Не только плюнул на присягу, но и пошёл на сделку с врагом.
Обнаружив, что Гоша нет в лагере, Фирух помчался к королю – предупредить, что готовится нечто странное. Они же были в чужой, враждебной стране, жители обозлены грабежами и убийствами, надо держаться друг друга, независимо от симпатий, чтоб выжить…
Не понимая, что тогда затевает хитроумный глей, Фирух не поднял свой отряд на защиту короля. Он даже представить не мог, что каросских наёмников и личной королевской дружины не хватит. Дело не только в правильно спланированном нападении и хладнокровном расстреле своих из арбалетов.
Каруха глей убил и даже не отрицает этого. Но на короле не осталось ни следов от стрелы, ни от меча, ни даже дырок от его «карманной баллисты»! Всё происходило на глазах.
"Погружённый в невесёлые мысли, Фирах стискивал перила балкона, опоясывавшего зал приёмов. Внизу за длинным столом восседали землевладельцы с правом голоса. Вёл заседание канцлер.
Карух, получив трон, оставил старого, отцовского. Постоянно спорил с ним, злился. Грозил отрубить голову. В итоге терпел и слушался. Если бы не этот мудрый старик, молодой король наломал бы ещё больше дров.
