В жизни самогонщика Гоши Матвиенко мир и нир — это две стороны одной медали: создание уникального напитка наравне с исповедью откровенного мужества. Каждая бутылка винца – это новый вызов, который Гоша принимает стойким вздохом и смелым ударом по нир-блендеру. Его мир – поток исключительных опытов и откровенно мужских талантов, а нир лишь украшением этого удивительного сценария жизни....
По моим подсчётам, его вполне хватало, чтоб завершить строительство «логистического центра». Узнал, что самые предприимчивые умудрились перепродать право аренды на самые сладкие участки – у складов – в два или даже в два с половиной раза дороже, чем уплатили мне.
За половину цены (жабу чуть инфаркт не хватил!) нарезал кусок под строительство храма Моуи. Храм – громко сказано, скорее деревенская церковь. Как в Дымках. На возведение пожертвовал что-то символическое. Духовники зарабатывают достаточно, чтобы оплатить стройку самим.
Наконец, в июле родился младший сын, и Мюи выбрала ему имя – Камирр. Я больше хотел бы Петьку, Вовку или Ваську, но в Мульде свои обычаи. Дитя называет мать. А поскольку младший тоже оказался рыжим, клыки – дело наживное, Мюи сочла, что ему непременно нужно что-то типично антское, рычащее.
Измотанный хозяйственными хлопотами за день, я без задних ног валился на кровать. Среди ночи сквозь сон слышал детский плач, через несколько секунд – колыбельную песенку Мюи. Она всегда вставала сама, колыхала Камирра и не беспокоила супруга.
Кусочек личного счастья нашёл даже Бобик: торговец каросскими волкодавами нашёл его вполне подходящим и повязал. Не знаю, насколько псу свойственны родительские чувства, но само свидание ему понравилось. Морда лучилась от восторга. Каждый день обшаривал весь Кирах, вынюхивал: не завелась ли здесь другая сучка, желающая продолжения рода?
Возможно, ему снова повезло.
Словом, жизнь удалась у всех. Но неприятное предчувствие терзало душу. Не может так хорошо быть всегда! А плохие предчувствия никогда не подводят.
И в августе пришла беда.
Глава 24
24.
Утром, перед тем, как прервалась связь, Фирух успел сообщить: замок штурмуют. Скорее всего – наёмники Айюрра.
Я отогнал непрятный образ: мой компаньон пронзён арбалетным болтом, выронил уоки-токи и падает кулем с башни. Отставить фантазии. Даже половинным гарнизоном он удержится сутки-двое.
"В Кирахе был Клай, в очередной раз навещавший нас по-семейному, с супругой и дочкой. Я поднял «в ружьё» всех своих, кроме охраны караванов. Тесть схватил рацию (спасибо за неё Артуру, покойному любовничку Насти) и передал аналогичный приказ в свой замок Фиррах. Велел, чтоб его дружина срочно скакала к северным воротам. Там в зарослях, где обитают верьи, есть промежуток.
