Гоша, простой самогонщик, мечтает о спокойной жизни, но зависть врагов, интриги богов и войны феодалов не дают ему передышки. Реализовать девиз "Мир и нир" оказывается намного сложнее, чем он предполагал.
Если какой-то расход на пригнанных рабочих казался чрезмерным, здесь просто не тратились. Переживут как нибудь – на всё воля Тенгруна.
Увиденное больше всего напоминало какой-то немецкий концлагерь из фильмов о войне. Только без колючей проволоки и вышек с пулемётами. Вместо них – верховые патрули лучников.
- Глей! Глей! Господин глей!
Хриплый слабый голос молодого мужчины вроде бы знаком. Он бросил тачку и кинулся ко мне. Патрульный направил кхара наперерез беглецу и замахнулся плетью. Я успел раньше и перегородил ему дорогу, подставив правый бок Бурёнки. Рабочий уцепился за стремя с левой стороны.
- Гош! Я – Дюлька… Умоляю, дай чего-то поесть… Второй день без еды…
Посланный менеджером, мой хрым низведён до раба.
Подошедшие новоприбывшие смотрели на происходящее с ужасом. Меж тем степняки окружили их и достали плети.
Мои воины отпихнули патрульного, окружили меня и Дюльку редким кольцом, обнажив мечи.
Что за дерьмо пырха здесь вообще происходит?
Разберёмся. Но, даже разобравшись, у меня здесь слишком мало силёнок, чтоб повлиять на общую ситуацию.
- Биб!
- Да, хозяин?
- Готовься. Здесь предстоит много работы. И угощения тоже.
- Всегда рад, хозяин!
Я обернулся к верховому, пытавшемуся ударить Дюльку:
- Я – глей Гош из Мульда. На моё серебро ведутся эти работы. Кто здесь главный из кочевых?
- Сотник Мандахарр.
- Зови его. А кто над Мандахарром?
- Каган Харабрук, сын хана Хурбрука.
Вот это новость! Приплыли… Гадёныш наверняка отыгрывается за ноябрьское унижение.
И непонятен его статус, переведённый как «каган». В земной иерархии, если не путаю, каган выше хана. То есть наглый засранец объединил несколько племён, подчинив их себе? При любом раскладе это – плохая новость.
Пока послали за Мандахарром… за Мандой, прости меня Моуи, нет сил выговаривать, хрымы принялись ставить шатры – для меня и моей десятки воинов. Первоначальное напряжение ослабло, степняки рассосались, не пытаясь больше вернуть Дюльку к работе.
Я покормил его маминым – очень аккуратно. После концлагерной еды нормальная пища может убить.
- Мандахарр – настоящий зверь, - сообщил парень, утолив первый голод. – Как приехали сюда, сразу избил меня плетью и забрал всё золото. Сказал – сам будет закупать провиант. И закупает… такие отбросы… Только чтоб не умерли.
Странно. Как можно недокармливать рабочих при столь тяжёлом труде? Ведь нужно не только вырыть канавы для орошения. А ещё нарезать дёрн в степи и привозить сюда, где почву изъела ветровая эрозия.
