В Тодории XVII века, где любовь к секретам и расчетам наравне с верой, Бартоломео де Солозано испытывает шок. Он — бухгалтер Его Величества, но теперь он путешествует по времени, вынужденный изучать тайны древних договоров и вражду между правителями. Каждый шаг приводит к новым опасностям и открытиям, заставляя героя перестраховываться подобно стеклу, которое разрезано тонкой ножницей....
Да и подобные открытия Тодории сейчас ни к чему. Это только побудит Францию действовать более решительно. А возможно, и не только Францию. Склонен предположить, что это – какая-то афера. Во всяком случае, подобному предприятию я не стал бы доверять.
При слове «афера» я неизменно думаю об Алане Дюбуа. Хотя к этому случаю, надеюсь, он не имеет никакого отношения. Сумма сделки, о которой все говорят, слишком велика для мелкого мошенника.
50. Эпидемия
Следующий номер «Вестника» тоже приносит плохую новость.
– В Тодорию пришла оспа! – сообщает месье Амбуаз, откладывая газету в сторону.
А вот его супруга не готова отнестись к этому с тем же спокойствием.
– Оспа? – восклицает она и так резко дергает рукой, что опрокидывает молочник. – Но это ужасно! В прошлый раз для Алара это стало настоящим бедствием. У маркиза Ротена умерли трое из пятерых детей. А бедняжка мадемуазель де Лоренце, хоть и оправилась от болезни, но так и не вышла замуж из-за неё – жених разорвал помолвку после того, как увидел лицо невесты.
Слуга, затиравший молоко на столе, действительно был рябым.
– А как у вас, Элен? В Америке тоже бывали эпидемии оспы?
Я киваю. Когда-то я читала об этом в книге.
– Да, ваше сиятельство. Пару веков назад из-за нее вымерли многие племена индейцев.
Но проблемы индейцев графиню волнуют мало.
– Мы должны перестать выезжать в город! – решает она. – Тем более, что из-за покушения на его величество все балы и большие приёмы отменены.
"Я тоже чувствую беспокойство. Кажется, прививки от оспы у нас в стране перестали делать в восьмидесятые годы двадцатого века – потому что считалось, что эта болезнь побеждена.
– Дорогая, вряд ли мы сможем запереться дома! – возражает граф. – Ты же понимаешь – я должен бывать в министерстве. Именно сейчас, когда его величество еще слаб, я должен работать гораздо больше.
– И как у вас лечат эту болезнь? – интересуюсь я, не ожидая услышать в ответ ничего хорошего.
Так оно и оказывается.
– Покойный дворцовый эскулап месье Жеронье настаивал, что больных нужно непременно одевать в красные одежды. Да-да, – хихикает граф, – он полагал, что это способствует излечению.
