В Тодории XVII века, где любовь к секретам и расчетам наравне с верой, Бартоломео де Солозано испытывает шок. Он — бухгалтер Его Величества, но теперь он путешествует по времени, вынужденный изучать тайны древних договоров и вражду между правителями. Каждый шаг приводит к новым опасностям и открытиям, заставляя героя перестраховываться подобно стеклу, которое разрезано тонкой ножницей....
– Женой? – удивленно переспрашивает принцесса. – Вы сошли с ума, сударыня? Вы не сможете стать женой короля ни при каком раскладе.
– Короля – да, – соглашается герцогиня. – Но вот если бы он перестал быть им…
Неужели она любит его на самом деле? Любит не корону, не власть, а его самого?
– Патрис пообещал, что даст мне развод. Разводы, как вы знаете, с недавних пор во Франции разрешены. Я тешила себя надеждой, что когда я получу свободу, а Рейнар снимет с себя корону, мы сможем быть счастливы вместе.
Ее глаза блестят от слёз. А мне вдруг становится ее жаль. На какие только безумства людей не толкает любовь?
59. Долг и любовь
Я просыпаюсь от шума за окном. Ржание лошадей, голоса и топот ног снующих у крыльца слуг.
Обычно в поместье графа Помпиду утро проходит более спокойно.
Набрасываю на плечи пеньюар, отодвигаю шторы. Несколько всадников как раз спешиваются перед парадным входом.
– Его величество приехал! – глаза примчавшейся на мой вызов горничной сияют от восторга.
От волнения я не сразу понимаю, когда она спрашивает меня, какое платье я хочу надеть. Да, пусть будет голубое.
Следом за горничной в моей спальне появляется графиня.
– Дорогая Элен, поторопитесь. Его величество не любит ждать. Стол к завтраку уже накрывают. Ах, ну надо же было такому случиться, что именно сегодня Жаку не удалось абрикосовое суфле!
Пока меня причёсывают, я сижу как на иголках.
– Как прошел визит его величества в Париж? Удалось ли достичь каких-то договоренностей?
Сюзанна машет рукой:
– Об этом еще не было сказано ни слова. Сейчас его величество и Амбуаз заперлись в кабинете. Ах, я сойду с ума от любопытства! Но вы же понимаете, Элен, – за столом расспросы недопустимы.
Она оказывается права. За завтраком о Париже не говорится ни слова. Как будто король не приехал из Франции, а вернулся с обычной прогулки. Мы обсуждаем погоду (не правда ли, она прекрасна?), отмечаем, что эпидемия пошла на спад, сходимся во мнении, что пришедшая из Германии мода на высокие мужские каблуки довольно нелепа.
Рейнар уделяет хозяйке гораздо больше внимания, чем мне. И к тому времени, как к столу подают мороженое, я прихожу к мысли, что нам с ним так и не удастся поговорить.
И потому вздрагиваю, когда он обращается в мою сторону.
– Не покажете ли мне здешний сад, ваша светлость? Я слышал, здесь красивые фонтаны.
