В Тодории XVII века, где любовь к секретам и расчетам наравне с верой, Бартоломео де Солозано испытывает шок. Он — бухгалтер Его Величества, но теперь он путешествует по времени, вынужденный изучать тайны древних договоров и вражду между правителями. Каждый шаг приводит к новым опасностям и открытиям, заставляя героя перестраховываться подобно стеклу, которое разрезано тонкой ножницей.
– Но разве вам не рассказали еще, что большинство придворных считают Эмили сумасшедшей? Если еще не рассказали, то не сомневайтесь – расскажут. Мне горько об этом говорить, но к такому же выводу пришли и большинство докторов, к услугам которых я обращался.
– Значит, нужно искать других докторов! – восклицаю я. – Ее высочество еще слишком мала, чтобы можно было делать такие выводы.
Его величество грустно улыбается:
– Благодарю вас за поддержку, ваша светлость. Не думайте, что я не продолжаю борьбу. Просто бывают ситуации, когда бороться бесполезно. И сейчас я говорю не только об Эмили. На балу вы видели мою сестру – принцессу Луизу. К сожалению, ее здоровье тоже очень слабо – правда, в ее случае речь идет не столько о душевной, сколько о физической немощи. Наш род вымирает. Иногда мне кажется, что на него наложено проклятье – кем-то очень могущественным и жестоким.
– О, ваше величество…, – я не знаю, что сказать. Да и разве хоть какие-то слова могут облегчить боль отчаявшегося отца и брата?
Принцесса машет нам рукой, и мы машем ей в ответ.
– Даже мой дядя полагает, что я не должен был признавать Эмили своей дочерью официально. Что ей самой было бы лучше, если бы она росла обычным ребенком, и к ней не было бы приковано столь пристальное внимание недоброжелателей. Но мне была невыносима сама мысль о том, что она будет воспитываться не только без матери, но и без отца.
– Ваше величество, вы всё правильно сделали! – не знаю, нуждается ли он в моей поддержке, но промолчать не могу. – Ее высочеству нужны вы, а вам, я уверена, нужна она. Ваша дочь совершенно очаровательна, а ее рассуждения вполне здравы – если, конечно, отбросить разговоры о феях.
Его величество кивает:
– Да, я и сам думал именно так – пока однажды не увидел, в какую истерику впала Эмили, когда ей показалось, что няня пыталась помешать ее «разговору с феями». Бедная женщина всего лишь вошла в комнату в неудачный момент. Когда вызвали меня, Эмили каталась по полу, рыдала и требовала, чтобы ее немедленно отвезли в горы – потому что именно оттуда «феи и приходили к ней». Она уже не раз пыталась отправиться туда самостоятельно, сбегала из дворца. Вы сами встретили ее на площади как раз в один из таких моментов. Я боюсь за нее. Очередной ее побег может закончиться не столь благополучно. Она ничего не знает о жизни за пределами дворца.
– Ваши слуги должны лучше за ней присматривать, – я укоризненно качаю головой.
