Подростки наслаждаются едой и веселым компаниию, пока тетя строго объявляет о правилах экскурсии. Автобус катится через пыльную равнину, убегая от жары, и каждый кадр снаружи становится новым приключением в их удивительной поездке.
Из тьмы вырисовываются мрачные каменные колонны, поддерживающие потолок. Едва заметно, на пределе видимости выступили углы, неровности, обозначились размеры подземелья. Тишина словно стала гуще, плотнее и черной рукой сдавливала пространство зала. Люди даже почти перестали дышать, чувствуя что-то необыкновенное. Страх перед неведомым чужим приблизился, холодно дохнул в лица.
Пятно в потолке вдруг пролилось ярким солнечным светом. Бело-желтый поток залил подземелье, стало светло, как днем. В центре круглого зала на мраморном постаменте возвышается трехголовое божество.
"В глазницы средней вставлены изумруды. Ярко-зеленый свет бьет прямо по глазам людей. Глаза третьей выточены из голубого нефрита, они холодно и безучастно смотрят в небо. Разинутые пасти горят красно-черным. Белоснежные фарфоровые клыки торчат ровным частоколом и словно не дают вырваться адскому пламени из чрева бога. Куски хрусталя в глыбе мрамора отражают весь поток солнечного света, преломляют во все цвета спектра и мрачное подземелье освещается, как зал дискотеки на новый год.
— Рубины смотрят в преисподнюю, голубой нефрит в небесные чертоги, изумруды — в сердце!
Звук обычного человеческого голоса привел в чувство Василия.
— Остановись, — глухо забился под сводами его голос, — боги охраняют себя. Пропадешь.
— Какая красота! — медленно произнесла Алика деревянными губами, — никогда не видела подобного!
Блеск хрусталя заливал ее всю, с ног до головы. Она не моргала и не закрывала глаза рукой. Не чувствовала.
Внезапно потускнело. Свет глаз стал гаснуть и вскоре исчез.
