Подростки наслаждаются едой и веселым компаниию, пока тетя строго объявляет о правилах экскурсии. Автобус катится через пыльную равнину, убегая от жары, и каждый кадр снаружи становится новым приключением в их удивительной поездке.
— Кто он такой, этот Валиев?
— Большой человек, большой, — торопливо отвечает лежащий. Выставляет руки, будто прикрываясь от страшного русского.
Михаил сразу разгадал примитивную хитрость. Поворачивается боком, вроде осматриваясь. Чутье подсказывает момент нападения. Не глядя, бьет ногой, хруст переломанной руки глушит пронзительный визг. Лежащий еще пытается достать целой рукой, но Михаил легко уклоняется, точный удар в висок убивает наемника. Трупы падают в мусорный бак, туда же летят мобильные телефоны. Офицеры выходят на освещенный участок улицы.
— Сколько всякой мрази в этом Евросоюзе, куда мусульмане смотрят! — громко произносит Михаил.
— Да, ты прав, — озабоченно кивает Василий.
— Ну что же, рыбалка прошла неплохо, — говорит Удальцов на разборе полетов, — поймали то, что надо.
— Так ли? — сомневается Михаил, — вдруг совпадение?
— Совпадение в чем? С кем или с чем могли спутать твой интерес к Симонову?
Велетнев пожимает плечами.
— А почему сразу убивали? — удивился Барабанщиков, — Михаил только спросил о Симонове и все.
— Что бы дальше дело не шло, — отвечает Велетнев, — простейшая ловушка для пресечения поисков в самом начале.
— Это понятно, — соглашается Василий, — но ведь Симонов уехал из России несколько лет назад. Неужто все эти годы ловушка работала и убивала людей?
— Вряд ли давно, — говорит Андрей, — их бы засекла местная полиция. Работают недавно, но тогда получается, что мы не первые, кто ищет?
— Конечно, — соглашается Михаил, — и желающих так много, что открыли постоянно действующую мышеловку.
— Тогда надо идти на квартиру, — поднимается с места Василий, — прежде чем хватятся трех дураков, потрясем одноглазый нос. Или одноносый глаз?
— Кого потрясем? — удивляется Михаил.
— Ну, ты же сказал, что говорил с глазом и носом, — объясняет Василий, — вот и я так сказал.
Андрей хмыкает, смотрит на Михаила. Тот только плечами жмет.
Высаживаются из такси за сотню шагов от дома.
— Света нет, — сообщает Михаил.
— Уже поздно, может спать, — предполагает Андрей.
— Едва ли, — засомневался Михаил, — должен ждать доклада, а света нет, потому что жалюзи опущены.
— Ну, сейчас проверим.
Вскрыли дверь в подъезд, надевают черные маски. Включают электронные глушилки и, стараясь сильно не топать, бегут на третий этаж.
— Вот эта, — указывает Михаил на добротную темно-коричневую дверь.
