Подростки наслаждаются едой и веселым компаниию, пока тетя строго объявляет о правилах экскурсии. Автобус катится через пыльную равнину, убегая от жары, и каждый кадр снаружи становится новым приключением в их удивительной поездке.
Видимо, уже знают, как разлетаются мозги от пуль Калашникова…
Хо закончил сливать бензин, аккуратно завернул крышку. Василий достает мятую бумажку. Двадцать долларов неизвестно как завалялись в кармане и выглядели вполне прилично. Шофер затравленно смотрит на здоровенного парня с автоматом, боится пошевелиться. Барабанщиков сует деньги, говорит Алике:
— Едем, баронесса, оставьте несчастных. Девушка зло зыркнула по сторонам, автомат неохотно опускается.
— Что с тобой? — спросил Василий, когда отъехали.
— Не знаю, — тихо ответила девушка, — устала я.
— Да ладно тебе, успокойся. Скоро выберемся.
— А как?
— Не знаю, — весело ответил Василий, — но выберемся точно, — выехали на ровное место и уазик резво побежал на подъем, — сейчас вот поднимемся, осмотримся и чего нибудь придумаем!
На вершине холма остановились. Вокруг расстилаются бескрайние рисовые поля. Джунгли остались далеко позади. Слышится далекий вибрирующий рев. Сердце Василия радостно стукает.
— Вон он! — крикнул Хо.
Он сразу догадался, чего ищет Василий, только не понял, чего радуется — вертолет летит по их душу. Темно-зеленая машина идет на посадку, скрывается за лесопосадкой километрах в трех.
— Вася, ты никак опять в полет собрался? — с тревогой спросила Алика.
— Ну не в плавание же? — резонно ответил он.
— Мы уже летали, — напомнила девушка, — помнишь, чем закончилось?
— Помню, — махнул рукой Барабанщиков, — то самолетик, фанера! Вертолет — машина солидная, ветерком не унесет.
Спрыгнул с капота, посмотрел в глаза девушке:
— Алика, другого выхода все равно нет. Сейчас время против нас. Она вздохнула:
— Снова налет, мордобой, угон воздушного судна. В кого я с тобой превратилась, злыдень? Я — кандидат математических наук!
— Ты только собираешься им стать, — уличил Барабанщиков.
Через минуту ехали вниз и счастливый Василий ищет дорогу к аэродрому.
— Сама говорила, что диссертация не дописана, — весело говорит он, — вот вернемся, тогда и станешь ученой.
Дорогу на аэродром наконец отыскали и уазик молодым козлом поскакал по колдобинам, звонко дребезжа старыми железными костями. Но тряски никто не почувствовал — ощущение успеха овладело всеми.
Загнали машину в лесопосадку, дальше пошли пешком. На границе леса и летного поля остановились. Небольшой аэродром времен вьетнамской войны, старая взлетно-посадочная полоса. На краю поля несколько хибар, выкрашенных в яркий красный цвет.
