Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Анастас Рогозин процветает, газета у него очень популярная, тираж большой. Феоктистова Майя и Сергеева Женя давно за границей, уехали в Израиль. Где они сейчас, не знаю. Катя Ярцева в школе преподает…"
"– А Оля Родионова? – спросил я.
– Олечка давно погибла, – вздохнула Инна, – мы на последнем курсе были, когда она в автомобильную аварию попала. Это была первая смерть среди наших. Все так горевали!
– Говорят, она ждала ребенка?
– Это-то самое ужасное, – отозвалась Селезнева. – Девочка осталась жива, а Олька скончалась.
– Почему?
– Никаких подробностей я не знаю. Мы хоть и учились вместе, но не дружили. Нет, поймите правильно, в коридорах общались, в столовую ходили, на вечера отдыха, но в гостях друг у друга не бывали. Родионова с Женей Сергеевой дружила, с Малышевой и с Ларой Федотовой. Вечно они шушукались, что-то придумывали, занятия прогуливали. А меня не любили.
– Почему?
– Старостой меня назначили за хорошую учебу и дисциплинированное поведение. Приходилось в журнале отмечать отсутствующих. Ларка пару раз подкатывалась и просила так сладенько: «Инночка, не пиши ничего про нас».
– Вы недавно собирались все вместе?
– Да, на юбилей училища.
– Все были?
– Нет, нет. Сергеева и Феоктистова отсутствовали.
– А Малышева с Федотовой?
– Притопали. Одна в рванье, другая в бриллиантах.
– Телефонами, случайно, не обменивались?
– А как же.
– Дайте мне их координаты.
– Что случилось-то? – наконец догадалась поинтересоваться Инна.
– Служебная необходимость, – загадочно ответил я. – Впрочем, если не хотите помочь, уточню по своим каналам.
– Какой же тут секрет, – вздохнула Инна, – книжка у меня в автомобиле лежит.
Мы вернулись к грузовику, и я получил необходимые сведения.
– Ларке можно прямо сейчас звонить, – напутствовала меня Инна, – она ничегочешьки не делает, дома телик глядит, а Неля, наверное, пьяная валяется.
Я вернулся к своей машине и позвонил Федотовой.
– Алло? – пропел девичий голос.
– Можно Ларису?
– Мама, тебя! – заорала девушка.
Через секунду снова послышалось: «Алло», – произнесенное точь-в-точь таким же юным голосом.
– Вы Лариса?
– Да.
– Простите за беспокойство, имя Оли Родионовой вам знакомо? Вы еще учились…
– Я великолепно помню Олю, – перебила меня женщина, – только она давно умерла. А в чем дело?
– Мать Родионовой хочет найти отца Риты.
– Ничего не понимаю! – воскликнула Лариса.
Я принялся довольно путано объяснять суть вопроса.
