Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Нора встретила меня в холле и сурово буркнула:
– Все записал на диктофон?
– Конечно.
– Давай. Избавлю тебя сегодня от устной беседы.
Я удивился:
– Почему?
Хозяйка покатила к кабинету.
– Ты нужен мне живым, – бросила она на ходу, – а если учесть, что тебя сладострастно поджидают на чаепитии… – Она притормозила и, обернувшись, сказала: – Я думаю, тебе следует дать время на кратковременный отдых. Хороший хозяин бережет свою скотину, холит и лелеет, только тогда он получает от нее молоко и яйца. Поэтому можешь быть свободен до завтра, до восьми утра.
Вот всегда она так! Страшно боится показаться сентиментальной. Проявит заботу – и мигом скажет гадость. Первое время меня ее поведение жутко коробило, потом я понял, что под внешним хамством моя хозяйка прячет ранимую душу.
– Кстати, – продолжала Элеонора, – мне самой завтра придется уехать около семи, на телевидении буду выступать, в программе «Добрый день», позвали в качестве гостя, этакого экзотического фрукта. Хотят всем показать: глядите, инвалид, а голова на месте.
– Зря вы так!
– Ерунда, – хмыкнула Нора, – я согласилась только потому, что хочу всем сказать: «Ребята, если врачи пообещали, что вы обязательно помрете в ближайшее время, не верьте им! Не отчаивайтесь, боритесь! Никогда не сдавайтесь! Нет ног, есть руки, нет рук – есть голова».
Я смотрел на ее раскрасневшееся лицо и блестевшие глаза. Ей-богу, люди, подобные Норе, достойны не только уважения, но и искреннего восхищения. Уж не знаю, как бы я проявил себя, оказавшись спинальным больным.
– Поэтому сейчас слушай, что будешь делать завтра, – велела Нора, – ну-ка зайди на секундочку в кабинет. Дам задание, и будешь свободен.
Я пошел за ней."
"– На, – сказала Нора, протягивая мне пакет.
– Что это? – поинтересовался я, заглядывая внутрь.
– Дурацкий свитер, в котором была Рита в момент смерти, и ее фотография.
– Зачем?
– Ты найдешь ларек, где Маргоша приобрела кофту.
– Каким же образом я это сделаю?
– Просто, – пожала плечом Нора, – будешь ходить и спрашивать.
– Но, – попробовал я вразумить хозяйку, – это невозможно!
– Почему?
– Вы представляете, сколько в Москве торговых точек? Мне жизни не хватит обойти даже половину.
– У нас больше нет никаких ниточек, – тихо сказала Нора, – все погибли, вернее, всех убили.
– Кого?
– Настю Королеву, Наташу Потапову и этого, Анатолия.
