Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Увидев меня, стоящего в растерянности за каталкой, она взывала еще громче:
– Господи, господи, господи…
– Что случилось? – в растерянности спросил я.
И тут Нюша, продолжая исходить воплем, рухнула на пол и забилась в корчах. Падая, она задела ногой каталку, та неожиданно поехала по коридору.
– Стой, куда! – бестолково завизжала старушонка.
Но каталка, естественно, не притормозила. Более того, набрав скорость, очевидно, коридор шел под уклон, она пронеслась без остановки до противоположного конца и с размаху стукнулась о стену.
– …, – заорала бабка, – вона чего приключилось!
– Вы ее родственник? – сухо поинтересовался доктор, наклоняясь над бьющейся в припадке теткой.
– Нет, просто знакомый.
– Это хорошо, – пробормотал врач и заорал: – Эй, Валентина!
Появилась медсестра.
– Слушаю, Михаил Иванович.
– Давай, введи ей…
Последовала тарабарщина.
Минут через пятнадцать я сидел в ординаторской. Михаил Иванович радушно предложил:
– Хотите чаю?
– Извините, вынужден отказаться, – покачал я головой, – что-то аппетита нет.
– Да уж, – хмыкнул эскулап, – чай не водка, много не выпьешь.
– Отчего он скончался?
– Передоз.
– Что? – не понял я.
– Передозировка героина, – пояснил нарколог, – обычное дело по нынешним временам, в нашем отделении каждый второй такой.
– Мать говорила, он вроде алкоголик.
– Ну и что? – совершенно не удивился нарколог. – Был пьянчуга, стал наркоманом.
– Но она уверяла, будто Толя прикладывался лишь к бутылке!
Михаил Иванович со вкусом хлебнул из кружки и пожал плечами.
"– Вам это покажется странным, но близкие люди, как правило, узнают последними о пагубных привычках детей. Да у него на ногах живого места нет.
– На ногах?
– Ну да.
– Вроде обычно в руки колют.
Нарколог вытащил сигареты.
– Ну, «торчки» теперь хитрые пошли. Понимают, если, конечно, не совсем уж пропащие, что верхние конечности на самом виду, вот и хитрят, как могут. Кое-кто в ноги колется, кое-кто в пупок норовит.
– Значит, героин, – пробормотал я, – жаль парня!
Нарколог секунду помолчал, потом сказал:
– Наверное, я покажусь вам слишком жестоким, но поверьте, в данной ситуации повезло всем: и парню, и матери.
– Хорошо везение!
– Слава богу, что вы не знаете, какова жизнь несчастных, обитающих в одной квартире с наркозависимыми, – вздохнул Михаил, – а юноша все равно не жилец был, лучше уж сразу. Езжайте спокойно, мы его мать в терапию положим на время.
