Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Спрятав зеленую бумажку в стол, она заметно повеселела и сказала:
– Адрес?
– Чей?
– Ну, естественно, тот, где предполагается съемка.
– Но я думал, вы дадите координаты Кати.
Галя фыркнула:
– Естественно, нет. Говорите, куда ей приехать.
– Вдруг девушка занята?
– Она совершенно свободна, впрочем, погодите.
Потыкав пальцем в кнопки, Селезнева сказала:
– Агентство «Модес» беспокоит, Кисину позовите. Катя, есть заказ… Ну, – повернулась она ко мне, – куда ехать?
Секунду поколебавшись, я назвал адрес Элеоноры и попросил:
– Пусть через два часа подъезжает.
– Не вопрос, – ответила Галя и рявкнула в трубку: – Чтоб как штык в три стояла у дверей, усекла?
– Как вы с ними строго…
– Иначе нельзя, – пояснила Селезнева, – у нас как в клетке со львами, выпустишь из рук хлыст, мигом накинутся и сожрут. Кстати, вы там с Катькой особо не сюсюкайтесь. Она из дешевых моделек, спроса на ее никакого, за три месяца первый заказ. Начнет из себя Клаудию Шиффер корчить, сразу по мордасам давайте.
– Обязательно, – пообещал я и ушел.
Во дворе возле коляски мирно дремала бабка. Я подошел совсем близко и наклонился над повозкой. Младенец мирно спал. При желании я элементарно мог вытащить его, сунуть в автомобиль и укатить, старуха бы и глазом не моргнула. На всякий случай я толкнул коляску, нянька продолжала мирно дремать.
– Эй, – потряс я ее за плечо.
– Ась? – приоткрыла нянька морщинистые веки. – Надоть чего?
– Вы бы не спали, а то, не дай бог, ребенка унесут.
– Кому этот визгун на хрен нужен, – заявила нянька и вновь впала в ступор.
В четверть четвертого раздался звонок. Я распахнул дверь и увидел высокую тощую девчонку, обряженную в кроличий полушубок и кожаные брюки.
– Здесь манекенщицу ждут? – хрипловатым баском произнесла дива.
– Проходите, – улыбнулся я.
Девушка скользнула внутрь, сбросила дешевую шубенку, потерла озябшие руки и выжидательно глянула на меня.
– Проходите сюда, – сказал я, указывая на гостиную. – Сейчас нам дадут кофе.
Когда девица проглотила чашечку мокко и слегка расслабилась, я очень ласково спросил:
– Скажите, душенька, почему вы выдаете себя за Катю Кисину?
– Как это? – возмутилась гостья.
Быстрым движением модель вытащила из сумочки бордовую книжечку. Я перелистал паспорт. Екатерина Андреевна Кисина, уроженка Москвы, прописка столичная. Двадцать лет. На фотографии была запечатлена коротко стриженная девица, с упрямо сжатым ртом, прищуренными глазами и слегка вздернутым носом.
