Силуэт в тумане — как чары провинции снимают маски городской суеты. Исчезает шум, соседи скрывают личные проблемы за деревьями, и репортеры заскучали над прокатом новостей. Теперь только тихий рассвет и умирание орхидей в близлежащем саду напоминает о реальности.
– Как это все грустно, – произнесла девушка. – Хорошо, что ты взялся за ум.
– Я сам не понял, как это произошло, – признался Зверев. – Просто в какой-то момент мне захотелось, чтобы никто больше не вспоминал о моих былых «заслугах»… Ну а ты теперь знаешь истинное лицо Ирины Зверевой. Так что нет худа без добра.
– Да… Теперь я буду с ней более осторожна.
– Подбросить в сумку телефон… Она недалеко ушла от Анфисы.
– Неужели она могла так поступить? Но с кем?
– Со мной. – Тимофей с улыбкой поднял руку, как в школе.
– Но зачем?! – воскликнула Лиза.
– Чтобы выставить вором и отвадить от дома отца. К счастью, Егор Зверев оказался умнее, чем она думала.
– Весело у вас тут, – вздохнула Лиза.
– Не то слово, – кивнул Тимофей. – Но если не общаться с Ириной и Анфисой, то жить можно.
– Легко сказать. Оксана скоро улетит на съемки в Тунис, и мне, как минимум, три недели придется общаться только с этими двумя.
– У тебя еще есть я, – напомнил Тимофей.
– Только это меня и радует, – рассмеялась Лиза.
К ним подошел Тарас Стахеев, чтобы принять заказ. Щуря единственный глаз, он с любопытством посмотрел на Лизу.
– Это та самая девушка? – осведомился владелец «Одноглазого валета».
– Видимо, да, – подтвердил Тимофей, – хотя я не знаю, о чем вы."
"– Об истории с перепутанными близнецами! Добро пожаловать в Клыково. – Тарас пожал Лизе руку. – Слухи у нас быстро разлетаются, так что о твоем появлении я уже наслышан.
– Правда? – удивилась девушка.
– Семейку Зверевых у нас многие знают, – дружески усмехнулся Тарас. – А Оксана и вот этот прощелыга, – он кивнул на Тимофея, – мои постоянные клиенты. Так что и ты приходи. Тебе всегда здесь рады.
– Спасибо, – улыбнулась в ответ Лиза.
Тарас удалился к барной стойке. Девушка принялась разглядывать внутренний интерьер «Одноглазого валета», а Тимофей смотрел на нее. Его восхищали ее глаза, ее длинные ресницы, ее гладкая кожа. Она была точной копией своей сестры, но выражение лица, улыбка, взгляд – все было совершенно другим.
– А как домочадцы вели себя вчера? – спросил Тимофей, пока они ждали заказ. – После моего ухода?
– Странно, – последовал ответ. – Анфиса тут же начала набиваться в подруги, но теперь-то я догадываюсь, в чем дело. Наверное, пыталась прощупать почву, узнать меня получше, понять, чего от меня ожидать.
– Это вполне в ее характере.
