Сергей Бабкин пытается отбросить сомнительные мысли утром, когда звонит Игорь Васильевич. В трубке играет «Шутка» Баха. Несколько мгновений они обмениваются вежливыми приветствиями и делают вид, что всё в порядке. Только здесь начинается необычная история — как бы маленькая капля на стеклянной короне над бумажным занавесом....
– Слышь, а что это ты меня выпустил? Жрать, что ли, идем? Так вроде до этого внутри кормили.
– Да нет, – махнул рукой Бабкин. – Ступай с миром. Все закончилось.
Телохранитель растерялся.
– Как это?
Бабкин двинулся к выходу, и Жора Пащенко пошел за ним.
– Нашли, кто убил твоего босса, – на ходу говорил Сергей. – И суток не потребовалось.
Пащенко встал. Потом догнал Бабкина и схватил за плечо:
– Э, э! Ты чего городишь?
Бабкин потер глаза.
– Извини, спал мало, соображаю паршиво. Надо было тебе сразу сказать. Это Катунцева.
– Кто?!"
"– Та, которая пришла с Бантышевым. Она, оказывается, не просто так здесь оказалась. Помнишь, ты мне рассказывал, как Джоник в клубе приставал к девчонке? Так вот, ты не всю историю знаешь. Это она и была, Ася. Ее парня потом избили, а что с самой Катунцевой сделали, можно только догадываться. Но самое интересное не это, а то, что Джоника-то она увидела здесь совершенно случайно. Пришла, называется, на совместный ужин с кумиром! А за столом этот ушлепок. Он ее даже не вспомнил, представляешь? Думаю, ее это больше всего задело.
С философским вздохом Бабкин распахнул наружную дверь и вышел на крыльцо, блестящее от пролившегося недавно дождя.
– Дичь какая-то! – Пащенко за его спиной выругался и сплюнул в траву. – Не верю! Кто это сочинил?
– Илюшин не ошибается, – флегматично ответил Бабкин, не оборачиваясь. – К тому же есть доказательства. Ее Медведкина видела выходящей из оранжереи как раз после убийства. Молчала, потому что жалела девчонку. И потом, ты же знаешь, о Джонике тут никто плакать не будет.
– Сука старая твоя Медведкина. И врет, как потерпевшая, – хрипло рявкнул над ухом Пащенко.
Бабкин остался спокоен.
– Не мое дело. Мы договор выполнили, убийцу нашли, дальше пусть с ним следствие разбирается.
– Да уж оно разберется!
– Не мое дело! – повторил Сергей. – О! Повезли!
Только сейчас Пащенко заметил «форд» с характерной бело-синей раскраской перед открытыми воротами.
– Ладно, мне тоже пора. – Бабкин обернулся к телохранителю. – Бывай, Жора! Хороший ты человек. Жаль, что при таких обстоятельствах познакомились.
Телохранитель будто не слышал. Он не отрывал взгляда от съежившейся фигурки.
