Пока нам известно, что в промежутке между половиной седьмого, когда ты обнаружил тело, и шестью сорока, когда там появилась Медведкина, лапку никто не трогал. Забавно, если окажется, что Кармелита в эти десять минут не появлялась в оранжерее.
Макар внезапно спрыгнул с подоконника и обошел комнату, вглядываясь в углы.
– Колокольчик, – пробормотал он, – здесь должен быть колокольчик…
Бабкин озадаченно наблюдал за его перемещениями.
– Э! Ты о чем?
– Кофе хочу, – решительно сказал Илюшин. – Не звать же мне для этого всякий раз Кутикова.
– А ты попробуй! Только вот так не забудь сделать, – Бабкин изобразил сложные пассы руками. – Глядишь, он и материализуется, демон.
– Черт, как кофе-то хочется…
Илюшину лень было идти на кухню, но Сергей не собирался работать при нем официантом. Принесешь один раз кофейник и можешь считать, что подписался на внеурочное обслуживание номера. Макар же, включивший режим требовательного зануды, становился совершенно невыносим.
– Куууутиков! – провыл Бабкин. – Куууутиков!
Но камердинер не появился.
– А! Я эту не начертил, как ее… пентаграмму.
– У нас должна быть связь с внешним миром, – настаивал Макар. – Шнурок. Как в лучших домах Парижа. Чтобы я за него дернул, а на кухне дебелая повариха услышала звон и поняла, что двум уставшим мужчинам требуются кофе и орешки.
– Кофе заменить на пиво, орешки на воблу, – поправил Сергей.
– Мы на работе, мой забывчивый друг. Никакой выпивки.
Илюшин сделал еще пару кругов между столом и диваном и, видимо, смирился с тем, что кофе в ближайшее время не появится.
– Ладно. Кто у нас там следующий на очереди?
– Вороные.
– Кто? – изумился Макар.
– Никита и Анжела Вороные, – терпеливо повторил Бабкин. – Ты что, никогда не слышал «Три дороги, две тюрьмы»?
– Бог миловал. Они оба поют? Это дуэт?
Бабкин засмеялся. Самый простой способ ощутить превосходство над более умным и образованным собеседником – это продемонстрировать осведомленность в какой-нибудь бессмысленной для него теме.
– Сразу видно, не читал ты досье. И первый канал не смотрел на досуге. Поет Никита. Анжела руководит процессом из-за кулис.
– С дирижерской палочкой?
Бабкин ненадолго задумался.
– С хлыстом и пряником, я бы сказал.
– Тогда начнем с нее, – определился Макар. – Хочу посмотреть на женщину с хлыстом.
2Есть люди, живущие с твердым убеждением, что мир к ним неблагосклонен. Что провидение доброжелательно к другим, куда меньше заслуживающим его расположения, а откровенно говоря, порой и вовсе его недостойным. Этим людям в детстве кажется, что им подменили семью и вместо приличных людей, скажем, принцев или герцогов, подсунули папу-водителя маршрутного такси и маму-технолога общественного питания.