В эпицентре замирающего урока летчиков, ожидание приземления транспортника на военном аэродроме — это момент, когда все внимание сосредоточено на едином дыхании стратегии. Смехающими двигателями появляется самолет, и его груз, словно привидение, медленно приближается к ожидающим военным машинам. В центре событий — трое в форме, готовые принять гостей....
– Пойдемте в судовую столовую пить чай. Там капитан заждался…
Сидя за столом и с удовольствием прихлебывая из стакана горячий чай, я опять думал о ровной яме под бетонной набережной реки.
– Николай Егорович, – посмотрел я на пожилого капитана, – вы давно живете в Калининграде?
– Да сколь себя помню, – усмехнулся он. – Как говорится, родился, учился, женился и для дела сгодился. Ивсе в одном городе.
– Скажите, а правду говорят, что при немцах город выглядел красивее?
– Так я ж в пятидесятом родился и не захватил тех времен.
– А набережная всегда такой же была?
Не поняв вопроса, капитан пожал плечами:
– А какой же ей быть?
– Ну, скажем… огороженной забором из замысловатого чугунного литья. Сейчас-то она простовато смотрится за серым бетонным парапетом.
– На старых снесенных мостах имелся такой заборчик, а на набережной не припомню. Нет, точно не было! Уменя и фотографии старого города сохранились– там набережная в том же виде.
Александр почуял неладное в моем интересе и подозрительно щурил глаза. Насторожился и капитан:
– А почему вы про забор-то спрашиваете?
Переглянувшись с Михаилом, я признался:
– Метрах в трехстах пятидесяти от эстакадного моста нашли мы большую яму, наполненную обычным мусором. Мусор разгребли, расчистили. Под ним лежит секция от парадного чугунного забора. Ровненько лежит, аккуратно. Вот и подумалось мне: откуда она там взялась, если на набережной таких изысков отродясь не водилось?.
– А под ней? – подался вперед майор ФСБ. – Что под ней, посмотрели?
Я набрал в грудь воздуха, чтобы поведать о непонятной цилиндрической штуковине, наглухо увязшей в грунте. И, забыв выдохнуть, замер.
– Евгений Арнольдович! Товарищ капитан второго ранга! – тормошил меня за плечо Александр. – Вы выяснили, что под чугунной решеткой?
– Выяснил, – тихо сказал я.
Капитан буксира, сотрудник ФСБ и коллеги по «Фрегату» глядели на меня, ожидая услышать подробности.
И я их озвучил:
– Под решеткой я нащупал свинцовый колпак гальваноударной морской мины.
В столовой повисла тишина.
Спустя несколько секунд Александр сиплым голосом спросил:
– Ошибки быть не может?
Вместо меня ответил Георгий:
– В обращении с подобными штучками мы не ошибались ни разу…
* * *Вся компания сидит за столом судовой столовой. Кто-то из моих орлов принес бутылку коньяка, капитан распорядился насчет закуски.
