В эпицентре замирающего урока летчиков, ожидание приземления транспортника на военном аэродроме — это момент, когда все внимание сосредоточено на едином дыхании стратегии. Смехающими двигателями появляется самолет, и его груз, словно привидение, медленно приближается к ожидающим военным машинам. В центре событий — трое в форме, готовые принять гостей....
– Сорок минут копают.
– Осторожничают, – вздыхает Жора. – Ишарик, видать, глубоко сидит. Зараза…
Вскоре к нам с Георгием присоединяются Жук с Фурцевым. Им тоже не до сна– одно неосторожное движение саперов, и мина разнесет добрый кусок бетонного парапета набережной. Достанется и нашему буксиру, стоящему в каких-то двадцати метрах от места проведения работ.
Сидим, наблюдаем, молчим…
Неподалеку у поднятой секции забора копошится капитан. Вооружившись ветошью и ведром, он отмывает от ила литые узоры.
Мы подкалываем:
– Николай Егорович, думаешь, они золотые?
– Настоящий чугун, – довольно гудит он.
– Грамотное решение. Хозяйственный ты мужик…
Примерно через час напряженного ожидания вода у парапета начала вскипать пузырьками воздуха. Мы насторожились: «Неужели закончили?»
– Жаль, нельзя включить прожектор, – подошел Жора к леерам.
Поверхность и впрямь было почти не видна.
– Всплыли, – комментировал Устюжанин, перегнувшись через ограждение.
Рядом по палубе взволнованно бегает Александр.
– А мина? Ни черта не вижу… Мина с ними?!
– Да с ними, успокойся. Парни ее за подъемные скобы держат…
* * *Почти за семьдесят лет пребывания на дне реки мина набрала в корпус некоторое количество воды. Сбольшим трудом вырвавшись из заполненной илом ямы, она всплыла и покачивалась на поверхности, демонстрируя лишь макушку с предохранительным прибором. Свинцовые колпаки и подъемные скобы были скрыты под поверхностью темной воды.
Мы бросили парням конец новенького троса; те надежно закрепили его за одну из скоб. За вторую привязали шлюпку, чтобы хоть как-то управлять миной при движении."
"Двое морских саперов вернулись на борт буксира, Юрий с заместителем остался в шлюпке. Затарахтев дизелем, наше суденышко оттащило немецкий сюрприз на десяток метров от берега и вновь остановилось– следовало получить разрешение на буксировку мины к заливу.
Александр вел переговоры с Горчаковым, докладывая о готовности к буксировке.
Вдруг послышался голос командира ОМОРа из шлюпки:
– Евгений! Ты меня слышишь?
– Да, Юра, – подхожу к краю кормы. – Что хотел?
Он сложил ладони рупором у рта и сообщил:
– Тебе должно быть это интересно… Там в яме… после того, как всплыл шарик, осталась большая полость.
– Так. Ичто?
– А из полости под набережную уходит дыра.
