В эпицентре замирающего урока летчиков, ожидание приземления транспортника на военном аэродроме — это момент, когда все внимание сосредоточено на едином дыхании стратегии. Смехающими двигателями появляется самолет, и его груз, словно привидение, медленно приближается к ожидающим военным машинам. В центре событий — трое в форме, готовые принять гостей....
Под вечер в коридоре встретился взъерошенный Жора.
– Тоже не спится? – спросил я друга.
Кивнув, тот предложил:
– Пошли, накатим. Уменя в сумке завалялся коньяк…
Завернув в его каюту, мы плюхнулись на мягкий диван.
Пошвырявшись в сумке, Жора выудил бутылку коньяка, лимон, шоколад, коробку апельсинового сока– стандартный набор, который возил по командировкам каждый пловец из нашего отряда.
Я извлек из подстаканников тонкие стаканы– другой подходящей посуды на военных кораблях не водилось. Георгий щедро плеснул в них благородного напитка.
– За удачу, – одновременно озвучили мы главный фрегатовский тост.
Пьем. Молча глядим перед собой. Через минуту захорошело, но спать по-прежнему не хотелось…
После третьей «рюмки» дверь тихо приоткрылась и в каюту заглянул Горчаков.
– Ах, вот вы где. Пьете, значит, – вторгся он в пределы нашего уединения. – Ладно-ладно, расслабляйтесь. Сегодня вам все можно. Молодцы, ребята, отлично отработали.
Я подвинулся на край дивана, предлагая шефу присесть.
– Разобрались с трофеями?
– Да, заканчиваем. Трупы в холодильнике, опись одежды, снаряжения и оружия почти готова, пленный в медблоке.
– Как он?
– В пределах нормы. Сруками, конечно, беда– раздроблено несколько костей, большие повреждения мышечной ткани… Ав остальном полный порядок.
– Уже лепечет?
– Рано еще допрашивать. Унего посттравматический шок, да и общее психологическое состояние неважное. Доктор вколол ему обезболивающий препарат, антибиотик, успокоительный… Сейчас колдует с руками: останавливает кровотечение, обрабатывает, зашивает.
Мы, разумеется, предложили шефу присоединиться к скромному застолью. Коньяк он любил и позволил налить себе пару глотков. Подняв стакан и подцепив кусочек лимона, генерал значительно произнес:
– Вы даже не представляете, насколько важное и большое дело мы провернули. Аглавное– без потерь! Ну, давайте… За успешное выполнение операции!
Мы опустошаем посуду, закусываем.
– Дырки в кителях сверлить, Сергей Сергеевич?
– Хотите получить по ордену? – принимает он намек за чистую монету.
Я вполне серьезно заявляю:
– Парни пусть решают за себя сами, а мне, пожалуйста, дайте отпуск. Меня уже подташнивает от морской воды.
– Отпуск так отпуск. Пиши рапорт, вернемся в столицу, получишь документы с отпускными и гуляй. Месяца хватит?
– Вполне.
– А твои пожелания? – глядит генерал на Устюжанина.
