В эпицентре замирающего урока летчиков, ожидание приземления транспортника на военном аэродроме — это момент, когда все внимание сосредоточено на едином дыхании стратегии. Смехающими двигателями появляется самолет, и его груз, словно привидение, медленно приближается к ожидающим военным машинам. В центре событий — трое в форме, готовые принять гостей....
Я никогда не курил, и меня уже подташнивает от сизого дыма. Но приходится терпеть, выслушивая историю, начало которой уходит корнями в далекий сорок четвертый год…
* * *Я откидываюсь на спинку кресла и вслушиваюсь в спокойный, чуть дребезжащий тенорок Горчакова."
"Он излагает замысловатую историю об укреплении немцами Кёнигсберга для противостояния наступающей Красной армии. Остроительстве оборонительных сооружений, фортов и бункеров, о бесследно исчезнувших сокровищах, награбленных эсэсовскими дивизеншутцкоммандо, о регулярных инспекциях высших чинов рейха…
Рассказывать он тоже умеет– в моем воображении одна за другой воссоздаются красочные картинки действа, происходившего много лет назад.
Чем дальше генерал повествует, тем чаще в моей голове возникают странные ассоциации: будто когда-то я уже слышал нечто подобное.
– Да, ты прав, – угадывает он мои мысли, – история кое-что напоминает.
– Напоминает. Да вот не могу понять, что именно.
Он хитро щурится:
– Вспомни свое прошлогоднее путешествие на круизном лайнере «Costa Fortuna» по Средиземному морю. Или забыл, как мы встряли в охоту на спрятанное между Корсикой и Сардинией золото фельдмаршала Роммеля?
Память быстро восстанавливает события годичной давности.
Точно! Перед стремительной развязкой у островов крохотного архипелага Горчаков посвятил меня в подробности похожей истории, сплошь состоящей из коварных тайн нацистов.
– Да, там тоже все было запутанно до последней стадии шизофрении.
– Вот-вот! – подхватывает шеф. – Апотому мне кажется, что и сохранностью сокровищ Кёнигсберга занимались те же люди. Уж больно похож почерк.
– А почему вы решили, что сокровища остались в Кёнигсберге? Там незамерзающий порт– не проще было лидерам Третьего рейха своевременно позаботиться об эвакуации ценностей?
– Не все так просто, как кажется. Начнем с того, что поражение во Второй мировой войне они считали временной неудачей и намеревались взять реванш, – отвечает он и снова пускается в пространные объяснения.
Он рассказывает о целой системе подземных сооружений под Кёнигсбергом: о заводах, тоннелях, бункерах, бомбоубежищах, большая часть которых сохранилась до наших времен. Говорит об уничтожении немцами военнопленных и даже некоторых соотечественников, возводивших подземелья; о странностях, происходивших на современных стройках Калининграда.
