Автор
В глубокой тьме ночи, через мельчайшие щели проникает удушающий холод. Четыре раза уже выстояли тошнота и рвота — но это еще не конец кошмара. Самое страшное — вечный ожидание, когда возвращается тот, кто причинил мне боль. Вечер становится днем, а день — новой ночью. Кости начинают молить о смерти от боли и усталости, словно предвкушая приближение злого гостя....
— Если декан хочет поговорить с тобой, может, стоит взять трубку?
— Будет лучше, если они все немного успокоятся. Сейчас все на взводе. Я стараюсь не злиться, но ... — он садится на край кровати рядом со мной, переплетает пальцы и слепо смотрит на свои руки. — Мне очень жаль, Элоди. Я говорил тебе, что он будет вежливым и обаятельным, а на самом деле это было не так. Я видел, что он был в плохом настроении, но не думал, что все так повернется. Я бы никогда не взял тебя туда, если бы хоть на секунду подумал, что он будет так дерьмово с тобой обращаться.
— Все в порядке, Рэн. Серьезно. Несколько грубых слов от твоего отца сейчас не могут повлиять на меня. Я имею в виду, что Пакс ежедневно называет меня шлюхой. Я не возражаю.
— Да, но... — Взгляд Рэна становится жестче. — Я возражаю. Я, черт возьми, возражаю. Элоди… — шепчет Рэн. Теперь он поднимает голову, но не смотрит на меня. Его внимание приковано к окну напротив кровати, из которого открывается вид на бассейн отеля. — Скажи мне, что случилось.
— В каком смысле? — Я надуваю щеки и подтягиваю плечи к ушам.
— Нет. Ты очень взволнована. Я никогда раньше не видел тебя такой нервной. Ты чего-то боишься, и я молю Бога, чтобы это был не я. Потому что если это я... — Он грустно смеется. — Не думаю, что смогу справиться с этим.
— Нет! Боже, это не ты, клянусь тебе. Дело во всей этой ситуации. Это напомнило мне, как обстояли дела с полковником Стиллуотером в Тель-Авиве.
Рэн кивает, стиснув зубы, вдруг разозлившись еще больше, чем минуту назад.
— Я хочу кое о чем поговорить с тобой, малышка Эль, — говорит Рэн. — Я знаю, что сейчас не самое подходящее время, но я не хочу больше ждать. Я думал, что смогу держать рот на замке, пока ты сама не расскажешь мне, но... — он качает головой.
Боже. Нет. Нет, нет, нет. Это очень плохо.
— Рэн, я не…
— Я навел кое-какие справки о тебе еще до твоего приезда, — сухо говорит он.
— Это... не новость, — говорю я. — Ты уже говорил, что наводил справки. Я уже давно с этим смирилась. Нам не нужно…
— Элоди. Остановись.
— Ты можешь перестать пялиться в окно? Ты начинаешь меня чертовски пугать.
