В Казани завязывается вокруг странных преступлений бунт отверженных — молодёжной разновидности известного "казанского феномена". В серых подъездах и скучающих улицах старого города начинается нечто новое, что противоречит всем нормам и ослепляет сознание. Это "Тяп-Ляп", банды из самых отчаянных, которые впервые за многие годы выступают как ответ на давнюю бездну городской преступности....
Это же самое настоящее нарушение социалистической законности! Да, вас самих нужно наказывать за это! Вы поняли?
– Тогда, как же раскрыть это убийство? Может быть, вы, Равиль Каримович, рассчитываете, что преступник сам придет в милицию и напишет явку с повинной?
– Это вы говорите мне?!
Лицо заместителя районного прокурора налилось краской. Руки его мелко задрожали, на лбу выступили капли пота.
– Я ловил преступников, когда вы, молодой человек, еще ходили в школу. А вы меня учить вздумали. Срочно освободите всех людей, задержанных по данному делу.
Все встали и молча, стали выходить из кабинета.
***"
"Игорь Гаврилов не спал всю ночь. В окне большим блином висела желтая луна. Раньше он не чувствовал такого сильного влияния луны. Какое-то внутреннее и ранее не известное ему чувство словно глумилось над ним, не давая сомкнуть глаз. В голову лезли всякие глупые мысли, от которых ему становилось страшно. Этот внезапно возникший страх не давал ему покоя. Он встал с кровати и пошел на кухню. Налив себе полстакана водки, выпил ее одним глотком. Горькая теплая водка обожгла горло.
– Поймите правильно, мужики, ну попал я на деньги, вот и пришлось почти все отдавать этим шулерам. Сами знаете, картежные долги – святые.
– Ну, ты с ними расплатился?
– Нет. Сумма больно большая. Да и жить на что-то надо.
– Значит, ты их боишься, а нас нет? – с угрозой произнес небольшого роста парень, сидевший до этого на ящике из-под бутылок. – Разве ты не знаешь, Игорь, что мы с «Тяп-Ляпа». Весь город нас боится, а ты нет.
