В Казани завязывается вокруг странных преступлений бунт отверженных — молодёжной разновидности известного "казанского феномена". В серых подъездах и скучающих улицах старого города начинается нечто новое, что противоречит всем нормам и ослепляет сознание. Это "Тяп-Ляп", банды из самых отчаянных, которые впервые за многие годы выступают как ответ на давнюю бездну городской преступности....
Несмотря на теплые дни, в поселке было тихо: ни песен, ни громкого и задорного смеха.
– Наш поселок напоминает гетто, – шептались жители. – На улицах одни милицейские патрули.
Однако, это продолжалось недолго. Уже через трое суток все исчезло, и в поселок вернулась прежняя жизнь с пьяными разборками у продуктовых магазинов и со сборами молодежи во дворах домов и школ. Снова открылся спортивный зал, в котором молодежь колотила по мешку с песком.
Начальник уголовного розыска Приволжского отдела милиции майор Сибгатов вернулся в отдел после очередного заслушивания.
– Слушайте, Ринат Исхакович, вы можете мне ответить что-то вразумительно по данному делу.
– Равиль Каримович, нами по статье 122 УПК задержано несколько активных членов этой группировки. Мы сейчас с ними плотно работаем. Необходимо, чтобы вы продлили их задержание до десяти суток.
От этих слов у Мифтахова перекосило лицо.
«Этого еще не хватало! С чего это я должен выносить подобное постановление? А вдруг эти люди никакого отношения к убийству не имеют? Адвокат напишет жалобу в райком КПСС, и что я там буду говорить, что меня уговорил продлить срок их задержания начальник Приволжского отдела милиции? Да меня там, на смех поднимут, – подумал он про себя.
Он внимательно посмотрел на начальника милиции, а затем перевел взгляд на Сибгатова.
– И сколько у вас сейчас лиц, задержанных по статье 122 УПК? – спросил он, обращаясь к начальнику уголовного розыска.
– Одиннадцать человек, товарищ заместитель прокурора.
– И что у вас на них есть? Нельзя же хватать людей с улицы и предъявлять им сто двадцать вторую статью.
