Арина, подобравшися к комендантке, остановилась в крыле женского сектора. Ее улыбка была хладнокровной, как камень, и внешность не выдавала дружелюбия: острые складки на лице, тонкие губы под старой помадой, впалые глаза — как будто мир прошлого не мог оставить ее безумием. Прошлый век, а она здесь....
Ведь убегая, я лишь подтверждала статус жертвы, невольно потакая прихотям Рогова.
Остановившись напротив старого заброшенного амбара, еще раз оглянулась. Сердце ходило ходуном, а страх сковывал легкие. За спиной послышался хруст, с дерева сорвался ворон, пролетев прямо над головой.
Меня явно настигали. Предполагать для чего всё это затеяно не представлялось возможным. Они охотились, я была жертвой – точка. Мне ничего не оставалось, как скрыться в трёхэтажном здании и молиться о том, чтобы парни оставили меня в покое; прошли дальше вглубь леса, решив, что я притаилась именно там.
День однозначно выдался мрачным. Впрочем, как и все дни в «Валькирии».
Дернув речку деревянной двери, я оказалась в полумраке заброшенного строения. Из-под разбитых стекол местами проникали лучи светового дня, а вместе с ними и вой ветра. В воздухе застыла строительная пыль, сырость и запах чего-то горелого. Я скрестила руки на груди, сглотнув.
Господи, что я тут вообще делаю?
На улице раздались знакомые голоса.
– Она сюда зашла? – пронесся эхом с первого этажа мужской голос. Кажется, это был Ковалев.
Сердце ухнуло в пятки, сжимаясь в тугой комочек.
Проклятый скрип старого напольного покрытия выдавал меня, а может это страх издевался над разумом. Я то и дело оглядывалась, спотыкалась, передвигаясь практически наощупь. Темнота затягивала, подобно бездне, нагнетая и без того жуткую атмосферу.
Впереди показалась лестница, ведущая на чердак. Долго не думая, я метнулась к ней. Ноги дрожали, по телу скользила неконтролируемая дрожь.
Я дернула ручку, но та как назло не хотела подчиняться. Под ребрами все сжалось, когда шаги стали звучать громче. Под их толстыми подошвами хрустели камни и моя плёвая решительность.
Что им, чёрт возьми, нужно?
– Раз, два, три, четыре, пять… Мы идём тебя искать, – послышался глумливый голос Егора, и я задохнулась.
