Арина, подобравшися к комендантке, остановилась в крыле женского сектора. Ее улыбка была хладнокровной, как камень, и внешность не выдавала дружелюбия: острые складки на лице, тонкие губы под старой помадой, впалые глаза — как будто мир прошлого не мог оставить ее безумием. Прошлый век, а она здесь....
Его вой разносился убийственным криком, кружа по лесу, проникая сквозь высокие ели, дыры в ржавом заборе и старые стулья, отвечающие противным скрежетом."
"И вдруг я наткнулся на что-то твердое, будто нашел коробку с сокровищем. Вдали раздался крик ворона, я оглянулся, замечая, как птица парит над нами, и как переливаются чернотой ее гладкие крылья. Она нацелилась прямо на нас, летя на бешеной скорости, словно безумная мгла, планирующая настигнуть путников в дороге.
– Твою мать! – выругался Барских.
Я откинул лопату, упав вновь на колени.
– Арина! – вырвалось из самого сердца.
Мы переглянулись с Матвеем. Оба ошарашенно смотрели на деревянную крышку, затем я еще раз крикнул:
– Ариночка!
– Давай откроем, я, честно, не знаю, – сглотнув, говорил Барских. Я схватил лопату, начал резче рыть, чтобы получилось вскрыть ящик. Но чем больше рыл, тем ясней становилось – это был гроб. Самодельный, походившей на обычный прямоугольный короб, но просто так подобное ведь закапывать не стали бы?
Эта мысль напугала, врезалась в глотку, будто острый нож.
– Помоги мне! – скомандовал я, пытаясь поднять крышку, которая отчего-то оказалось безумно тяжелой. Барских подбежал к другой стороне, подхватил, и мы вместе сдвинули ее набок.
Сердце у меня пропустило глухой удар, когда я увидел ее – мою Арину. Она лежала неподвижно, с прикрытыми веками, скрестив руки на груди.
– Арина! Милая!
Арина была холодной, и на мгновенье промелькнула дикая мысль – мертва. В глазах защипало, по щеке скатилась скупая мужская слеза. Подхватив Филатову на руки, я прижал ее к груди, как дурак раскачиваясь из стороны в сторону, словно это могло помочь. А потом вдруг нащупал пульс. Едва ощутимый, но он был.
Долго не думая, я подорвался на ноги, крепче прижав к себе Аринку, и сорвался с места, в сторону академии, в сторону тепла.
Вот она протягивает из-за спины мне новогодний подарок, смущенно отводя взгляд в сторону. Сама ведь делала – связала шапку, которую я так ни разу и не надел. А ведь Аринка старалась, выспрашивала у учительницы технологии как правильно, как красивей.
А вот школьная дискотека.
