За мертвыми деревьями по береговой дороге погоняли лошадей верховые, спеша доставить донесения разным чиновникам, хотя Йан Товис не сомневалась, что во дворце уже известно: первый флот на подходе, а второй отстает на каких-то полдня.
Хотелось вновь ощутить под ногами твердую сушу и увидеть вблизи незнакомые лица, а не усталые физиономии за спиной и по бокам – их она изучила слишком подробно и порой, надо признать, презирала.
Последний океан, который они пересекли, остался далеко за кормой. Мир оказался… огромен. Даже старые летерийские карты, отмечавшие великий путь переселения с земель Первой империи, открывали лишь часть истинной картины. Масштабы подавляли, как будто великие драмы не имеют никаких последствий, как будто настоящий смысл намазан слишком тонким слоем и неуловим для понимания жалким умишком. И за путешествие заплачена чрезмерная пошлина. Потеряны десятки кораблей, мертвы тысячи матросов – им встречались воинственные и очень умелые народы, и мало кто отказывался испытать мастерство и упорство иноземных захватчиков. Если бы не жуткое колдовство эдур и новых летерийских магов, записи сохранили бы больше поражений, чем побед, и еще меньше солдат и моряков узрели бы родину."
"Хандари Кхалаг, Урут и Томад Сэнгары везли императору ужасные вести, способные перевесить скромные успехи, и Йан Товис была рада, что не обязана присутствовать на докладе. Впрочем, ей хватало забот и по своей части. Необходимо известить семьи погибших, раздать пособия по утрате кормильца, оценить уничтоженное имущество и долг повесить на наследников и родственников. Угнетающая и утомительная работа, и атри-преда уже мечтала о том миге, когда появятся подпись и печать на последнем свитке.
Деревья и кусты на берегу сменились рыбацкими лачугами и пристанями, а потом огороженными имениями элиты. Атри-преда отошла от борта и, оглядев палубу, подошла к стоявшему на корме Таралаку Виду.
– Уже близко, – сказала она. – Летерас, резиденция императора, крупнейший и богатейший город континента. А ваш поборник так и не выходит на палубу.
– Я вижу мосты впереди, – заметил варвар.
– Да. Ярусы. Город покрыт сетью каналов. Я не рассказывала про Утопалки?
Мужчина поморщился, затем повернулся и плюнул за ограждение кормы.
– Они умирают бесславной смертью, а вы забавляетесь. Хотите, чтобы увидел Икарий, Сумерки?
– Ему понадобится гнев, – негромко ответила она.
Таралак Вид провел двумя руками по голове, приглаживая волосы.
– Когда он в следующий раз проснется, вопрос о решимости стоять не будет. Ваш император будет уничтожен, а с ним бо́льшая часть этого бурлящего города. Захотите посмотреть – тоже умрете. Как и Томад Сэнгар, и Хандари Кхалаг.
– Увы, – отозвалась атри-преда.