Анализ, проведенный Кваном, заставил его прийти к выводу, что произошли катастрофические изменения климата, поскольку все усилия были направлены на улучшение теплоизоляции. По-видимому, эти попытки не достигли успеха…
Ее внутренний монолог резко оборвался, когда послышались тихие шаги. Превозмогая боль, Джанат Анар подняла голову, как раз когда тяжелая дверь камеры со скрипом открылась и впустила свет лампы – слабый и мутный, тем не менее ослепляющий.
Появился Танал Йатванар – она понимала, что больше тут быть некому.
– Надеюсь, ты еще не свихнулась."
"Она улыбнулась потрескавшимися, воспаленными губами, потом хрипло сказала:
– Лекции. Я уже на середине семестра. Ранняя история. Свихнулась? Ну, разумеется.
Он подошел ближе.
– Я покинул тебя так надолго… Ты страдала. Как я невнимателен…
– Невнимателен, что оставил меня в живых, ничтожный человечишка.
– Что ж, заслужил… Давай, нужно попить.
– А если я откажусь?
– Тогда неизбежно умрешь, а значит, проиграешь. Мне.
– Ждешь от меня упорного сопротивления? Понятно. В конце концов, садисту нужна живая жертва. Насколько у той хватит сил.
– Обезвоживание – самая неприятная причина смерти, Джанат Анар.
Он поднес мех с водой к ее рту. Она начала пить.
– Не так быстро, – сказал Танал, отступив на шаг. – Вы так себе навредите. И как я понимаю, не в первый раз.
– Когда видишь личинок, выползающих из собственных отходов, Йатванар… В следующий раз, – добавила она, – забери проклятую свечу с собой.
– Но тогда вы ничего не будете видеть…
– А какая разница?
Он снова шагнул вперед и дал ей еще немного воды.
Потом начал обмывать ее. И заметил, что Джанат тянула оковы, пытаясь протащить кисти рук через наручники.
– Похоже, вам отказывает здравый смысл, – сказал Танал, покрывая раны мазью. – Руки невозможно вытащить, Джанат…
– Паника не разбирает, что возможно, что нет. Однажды ты это поймешь. Один жрец во втором веке создал культ, основанный на том, что каждая твоя жертва ожидает по ту сторону смерти. Умершие от малейшей раны и от самых мучительных – жертвы ждут в смерти… ждут. Тебя. Смертные ведут духовную бухгалтерию своей жизни, подсчитывая кредит и дебет. Скажи, Патриотист, каков сейчас твой долг? Какова пропасть между добрыми делами и бесконечными злобными?
– Дурацкий, безумный культ, – пробормотал Танал, уходя от ответа. – И неудивительно, что он рухнул.
– В этой империи – да, совсем не удивительно. На жреца напали на улице и порвали беднягу на куски. Тем не менее, говорят, остались последователи среди завоеванных народов – тартеналов, фентов и нереков, жертв, так сказать, летерийской жестокости, – и, прежде чем они почти исчезли из города, ходили слухи, что культ возродился.