В парке академического двора студентка едва сдерживает раздражение от оскорблений со стороны старших курсов. Бытовая магия не должна превращаться в боевую, но иногда уроки слишком жестки. Это роман о молодой ведьме, пытавшейся сохранить равновесие между миром заклинаний и реальными жизненными проблемами....
Одно слово, а у меня внутри всё оборвалось и похолодело. Аппетит резко пропал, несмотря на запахи и обилие кулинарных шедевров.
А муженёк продолжил разъяснять свои матримониальные цели, как ни в чём не бывало.
– Ты – моя истинная. Для чего ещё я на тебе женился?
«Действительно!» – мысленно прокомментировала этот аттракцион невиданной щедрости одного распрекрасного представителя высшей аристократии к обычной торговке. Не жалея сарказма, естественно.
Драконица жалобно заскулила, искренне страдая от слов своей пары.
«Тише, моя чешуйчатая зайка. Держись меня… и мы с тобой выберемся из этой задницы».
А задница намечалась конкретнейшая! Сейчас обед, а там и ужин не за горами, а значит… постелька! Конечно, мужской писюлькой меня не напугать. Как бы тёте почти тридцать лет. У меня дома в шкатулке такой вибратор лежит, которому любая обзавидуется! Но всё же переходить с этим гамадрилом в плоскость горизонтального общения я категорически отказываюсь!
До конца трапезы находилась в ступоре, лихорадочно придумывая варианты, где меня оставят в покое хотя бы на эту ночь, но на ум ничего дельного не приходило.
Только звякнувшие приборы заставили вскинуть взгляд.
Гефран уже стоял на ногах, методично вытирая пальцы специальной салфеткой, при этом хищно наблюдая за мной.
– Рад, что на этот раз обошлось без истерики. Не хотелось бы снова… – Гефран запнулся, поморщившись. Потом улыбнулся, будто вычеркнул неприятные воспоминания из своей памяти.
Мужчина бросил салфетку на стул, развернулся и с нереально прямой спиной покинул трапезную залу, будто ему вместо позвоночника вбили осиновый кол.
«Без истерики? А она была? Что значит это «снова»?! – меня встряхнуло от дрожи. – Неужели этот ущербный на человеческие качества мерзавец после нанесённой Лалеане обиды приходил к девочке, чтобы… – я себя одёрнула, вздрогнув всем телом. Вспомнила строчку из дневника девушки. –Грубо воспользовались…Моральный ты вампирюга! Сукин сын!! Что же с тобой делать? Может, подговорить горничную, чтобы она пролила над чаном с ужином одну из настоек хозяйки? Не зря же Лали увлекалась зельями?! Проблема с животом, например, точно отсрочит исполнение супружеского долга.
