В парке академического двора студентка едва сдерживает раздражение от оскорблений со стороны старших курсов. Бытовая магия не должна превращаться в боевую, но иногда уроки слишком жестки. Это роман о молодой ведьме, пытавшейся сохранить равновесие между миром заклинаний и реальными жизненными проблемами....
Лалеане уже ничего не грозит. Хм… Легче и безопаснее, конечно, испытать какое-нибудь снадобье на себе. Такое, которое вызовет лёгкое недомогание… Что-то щадящее. Что там было у Лали?»
Мне подали клубничный десерт.
«Вечный сон», слава Богу, уже зачёркнут… Да и умирать – это не моё. По крайней мере, не по собственной воли. Что там ещё было? Регенерация? На кой она мне?! «Хитрая правда» тоже в пролёте… «Ложная берем…»
Я чуть не подавилась кусочком нежнейшего чизкейка, подскакивая со стула. Чуть на смерть не напугала лакеев в ливрее и Сафину, робкую помощницу Лалеаны.
– Я наелась. Благодарю. Всё безумно вкусно! Сафина, идём обратно…
«Надо прочитать побольше о зелье. – Внутри меня заклокотало нетерпение. – Там выноски напротив каждой позиции. Если выгорит…» – у меня, как в той басне про ворону, аж «в зобу дыханье спёрло». Одним словом «надежда»!
В комнату не входила, а влетала, захлопнув дверь перед носом горничной. Девушка после такого входить не посмела.
«Всё-таки их тут реально всех запугали…»
Дневник нашёлся там, где я его оставила.
Я листала странички из жизни девушки с быстротой кометы Галлея.
– Вот оно! – воскликнула, и тут же прикусила язык, бросив напряжённый взгляд на дверь.
Никто не спешил врываться в комнату с обличительным криком: «Попалась?!»
«Вроде пронесло…»
С облегчением выдохнув, опустила взгляд на описание действий зелья «Ложной беременности».
Отсутствие менструации, появляется токсикоз, наблюдается пигментация сосков, возникает тяга к определённым продуктам, даже увеличивается живот и появляется тошнота, если пить эликсир больше трёх месяцев! Зелье вызывало ощущения того, что плод шевелиться! Ко всему прочему, ориентируясь на сверхспособности расы драконов, Лали добилась невероятного – полностью осушенный бутылёк обещал не только шевеление, но и биение ""сердца"" несуществующего малыша! У меня аж руки задрожали от такой информации.
"«Это выход! Пусть действие одного сосуда (а он был в единственном количестве!), распространяется лишь на один месяц, но уже это избавит меня от попыток недомуженька зачать во мне своего реального наследника!»
Захлопнув дневник, принялась заполошно вертеть головой.
Вернувшись к двери, рывком открыла её.
Кудрявая малышка резко перестала улыбаться приставленному ко мне стражу.
