Я сдернула его, волосами тряхнула, улыбнулась. Ну да, ну да, я совсем не злюсь. Так, наверное, думали все дети и их папы. Женщины всех деток обожают. Мой муж, кстати, очень на это рассчитывал.
– Извините его, – ко мне снова подошел мужчина и руку протянул. Странно, очень по-западному. – Ник Жданов.
Я, честно, даже глазами хлопнула. Как-то неожиданно.
– Наташа, – проговорила, – Демьянова, – и руку пожала. Сухую и теплую. Он даже снял одну перчатку.
– Мы недавно переехали, ребята привыкают, – проговорил дежурно.
– Мы тоже недавно переехали, – я ответила в том же тоне. Интересно, зачем мы ведем этот разговор, если обоим не нужно? И телефон у него назойливо вибрировал в кармане.
– Холодно сегодня, – бросил Ник.
Я не выдержала и фыркнула.
– Меня не нужно развлекать, тем более если не хочется.
– Я думал небольшой смол-ток проведу, и вы присмотрите за детьми. Мне срочно нужно на конф-колл.
– Няню наймите, – я даже зевнула. Иногда охота побыть стервой. Тем более когда мужчины хотят навязать мне своих горячо любимых отпрысков. Какая-то странная тенденция.
– Вас можно? Двести долларов за двадцать минут, – и бумажник достал.
– У нас здесь рублями платят, это раз. Так-то я тоже могу заплатить вам, чтобы вы вынесли лоток за моей собакой. Можно даже в евро.
Ник пристально вгляделся в мое лицо, потом на Еву и снова на меня.
– Это ваша дочь?
– Ну не ваша же. Кто отец я точно знаю.
– Я думал, вы сестра или бэбиситтер. Слишком молоды для матери.
Я иронично хмыкнула. Зачет! Градус стервы снизился на пару делений. Только мистер Колян был слишком серьезен. Ах, это не комплимент! Он меня малолетней мамашей посчитал. Угги, худи с капюшоном, широкая куртка и ноль косметики сделали из меня девчонку-пионерку.
– Ева, доча, пойдем, – и улыбнулась новому знакомому, сладко, даже очень. – Приятно познакомиться, Коля.
Я заметила, что уголок рта дернулся. Ему не понравилось. Бывает, что же.
Знакомство с «забавным» мистером Коляном немного встряхнуло, а, вернувшись, воспоминания накатили: мысли крутились от «почему это случилось с нами?» до «как я ненавижу своего мужа!». Он виноват, что мы оба так страдали! Ведь Роме тоже плохо. Это ощущалось на уровне души. Слишком долго была его половинкой. Его вина, что наша дочь однажды спросит: почему нет больше дома? Почему папа живет отдельно? Почему нет семьи?
– Ева, пойдем, искупаемся и баиньки.
Через час Олеся с Милой приедут, буду горем делиться.
– Не хосю! – уперлась Ева, бегая по квартире за Бэби. От отца мне досталась трешка в хорошем районе. Без мужика ни я, ни дочка, ни даже собака не пропадем! Хотя я намерена выйти из суда еще более обеспеченной женщиной. И свободной, конечно… Во рту сразу горечь разлилась. Я храбрилась. Бравировала.