Автор
Таня ищет Слава в шумном клубе, где каждый его фото или видео имеет девушку рядом. Но затаив дыхание, она понимает: стереть все мечты в порошок — значит разорвать любовь, которую считала своей единственной. Эта книга о том, как болезненно сжигают память об уже прошедших взглядах и чувствах....
Свали, а? У нас тут вообще-то свидание.
— Да? — наигранно вскидываю брови. — Прям самое-пресамое настоящее свидание? А я думал, Таня пришла сюда от нечего делать.
— Угу. И гонор свой с собой забери.
— Привет, мальчики! — из ниоткуда появляется Инга и подходит почему-то к Андрею.
Вот это новости.
— А где Таня? — спрашиваем синхронно.
— Она поехала домой, — отмахивается девушка и льнет к Андрею.
— Что ж, мне тоже пора. Засиделся, — хлопаю себя по коленям.
Встаю с высокого стула, но меня уже не слышат и не видят.
Быстро ухожу, пока Андрюха охеревше пускает на сиськи слюни.
На улице никого нет. Прыгаю в «Ламбу» и отправляюсь в сторону дома Тани. Минут двадцать стою перед подъездом, но никто не приезжает. Да где же она? Неужели пошла пешком?
Нарезаю круги возле соседних домов, пока наконец не замечаю Таню. Как ни в чем не бывало идет в сторону дома.
Вылетаю из тачки. Завязывается потасовка, но машем кулаками совсем недолго: тип быстро сваливает, понимая, что ему тут ничего не обломится.
— Черт, Морковка! Обязательно ходить ночью в одиночестве?"
"— Где хочу, там и хожу! Тебя забыла спросить! — щетинится она. — И вообще, что ты тут делаешь? Преследуешь меня?
— Хотел убедиться, что ты нормально добралась до дома.
— Убедился?
— Убедился! По жопе тебе надавать за то, что шляешься по ночам.
— Моя жопа не твоя забота!
Голова немного кружится, потому что придурок зарядил мне в висок, и я опираюсь на стену.
— У тебя кровь, — говорит уже тише Таня, замечая разбитую губу.
— Окажешь мне первую помощь? — растягиваю рот в улыбке и играю бровями.
— Нет, — лезет в сумку. — Вот салфетки. Это все, чем я могу тебе помочь.
Забираю. Таня разворачивается и уходит.
— Тань, давай поговорим, а? — кричу ей в спину, и Морковка тормозит, оборачивается медленно.
— О чем нам с тобой говорить, Слав? — спрашивает устало, даже как-то отстраненно. — У нас с тобой нет ни одной общей темы, никакой точки соприкосновения, не так ли? Позволь напомнить: ты сам способствовал этому. Забыл, как просил меня исчезнуть? Так вот я исчезла, Слав. Все, как ты и просил. Теперь что не так? Мы с тобой и тогда были чужими друг другу, а сейчас подавно, столько лет прошло. Нет ничего, что нас бы связывало.
