Автор
Таня ищет Слава в шумном клубе, где каждый его фото или видео имеет девушку рядом. Но затаив дыхание, она понимает: стереть все мечты в порошок — значит разорвать любовь, которую считала своей единственной. Эта книга о том, как болезненно сжигают память об уже прошедших взглядах и чувствах....
— Господи, как такое могло произойти? Пока я рыдала ночами в подушку, он… даже не помнил ничего… Кажется, это еще больнее…
Опускает голову и находит своим взглядом мой:
— Не будет у нас с тобой никакого кофе. И разговоров по душам тоже не будет, потому что нет у тебя души, Слава. Сердца, впрочем тоже нет. Я не хочу ни видеть, ни слышать тебя. Ты достаточно причинил мне боли, чтобы я повелась на это еще раз. А теперь уходи в свою распрекрасную жизнь-праздник и не вздумай больше искать меня.
Ее слова переворачивают все у меня внутри.
— Не стоит говорить громких фраз, Морковка. Я не откажусь от своих целей. Хоть убегай от меня, я все равно найду тебя.
Отпускаю ее.
Но только на сегодня.
Глава 8. А мы с тобой теперь никто
Таня
События вчерашнего дня стираю в памяти. Ничего не было. ЕГО не было и нет в моей жизни. Надо продолжать жить дальше, как будто ничего не случилось.
Полагаю, что после произошедшего я больше никогда не увижу Славу.
— Давай, детка, не стесняйся, раскладывай свои вещички! — бодро хлопаю в ладоши.
Моя подруга Соня попала в беду. Муж оказался мудаком-изменщиком, и она ушла от него, едва узнав о предательстве. Но теперь ей негде жить.
— Господи, Артемьева, что бы я делала без тебя?! — она притягивает меня к себе и обнимает за плечи."
"Да, объятия сейчас нужны мне не меньше, чем ей. Но Соня не знает о том, что было со мной, потому что на тот момент она переживала болезненный разрыв и находилась в другой стране.
— Сонечка, как я рада, что ты решила остаться у меня, — лезу в ее чемодан, помогая разобрать вещи.
— Знаешь, Танюш, у меня выбора особо-то и не было, — вздыхает обреченно.
— Гондон твой Руслан, вот что я тебе скажу! — гневно восклицаю. — Это ж надо! Не успела жена из дома уйти, как он твои карты заблочил.
Злость на мужскую половину человечества только сильнее разжигает мою ярость.
— Слушай, а я тебя не сильно постесню?
— Да ты чего! — отмахиваюсь.
Как раз в это время заходит мой любимчик — абсолютно асоциальный кот Василий, которого я завела через месяц после аборта. Рыжий комок ненависти ко всему человечеству. Я у него единственное исключение.
Кот подходит ко мне, сидящей на полу, и залазит на руки, утробно урча.
